Читаем Ранние кинотексты, 2000–2006 полностью

Военно-приключенческий триллер по одноименному роману Алистэра МакЛина, давно ставший классическим образцом своего жанра: прародитель всех современных боевиков, отправляющих на невыполнимое задание отряд храбрецов, каждого из которых можно описать словами «жестокий грек», «специалист-взрыватель» и т. п. Командование думает, что посылает людей на верную смерть, в дружных рядах обнаруживается предатель, а романтическая линия с участием лидера греческого сопротивления ненавязчива и не нужна — «Пушки острова Наварон» не использовали клише, они их изобрели. Фильм вышел на экраны в самом начале 60-х и был одним из первых примеров популярной голливудской метаморфозы десятилетия: он превращает войну в увлекательное мужское развлечение. Сильный заряд бодрости сюжету придает Дэвид Нивен, который играет подрывника с примесью реального Дэвида Нивена — в жизни актёр был таким же обаятельным и остроумным человеком. Высокой репутации этой ленты совершенно не соответствуют традиционно деревянные режиссура Томпсона и манера игры Пека. Общее впечатление портит и тяжеловесный пролог, связывающий древнегреческие мифы и современность: возможно, это прелюдия к признанию в любви к Греции, которое «Пушки острова Наварон» делают на протяжении двух с половиной часов. И без того не самая динамичная история не может обойтись без антрактов, в которых исполняется национальная греческая музыка. Остается только предполагать, каким бы мог стать этот фильм, если бы Уильяму Холдену заплатили за роль Мэллори те деньги, которые он запросил, а сценарист и продюсер Карл Форман не уволил бы Александра Маккендрика с поста режиссёра из-за творческих разногласий. Сиквел под названием «10 баллов с острова Наварон», также снятый по роману МакЛина, появился в 1978 году, Кита Мэллори в нем сыграл Роберт Шоу.

ОЦЕНКА: 7.

«Большой побег»

Немецкое командование собирает в специальном, тщательно охраняемом лагере интернациональную группу военнопленных, многие из которых уже не раз пытались сбежать из нацистских тюрем. После неудачных попыток спастись поодиночке или маленькими группами заключенные решают прорыть туннель и совершить самый массовый побег в истории Второй Мировой войны.

Самый массовый, но не лучший побег из военной тюрьмы в истории кино — по кинематографическим достоинствам он настолько же уступает более скромному «Шталагу номер 17», насколько Джон Стёрджес был менее талантливым режиссёром, чем Билли Уайлдер. Прекрасной PR-акцией фильму служит «величие», заложенное в его оригинальном названии: «Большой побег» выглядит такой же громоздкой попыткой снять шедевр, какую, спустя два года, предпримет Блэйк Эдвардс в комедии «Большие гонки», но статус главной POW-ленты всех времен неприкасаем. Огромная популярность этого незатейливого фильма может быть обусловлена не только звездным актёрским составом, но и одной привлекательной особенностью сюжета: подготовка побега, которая в реальности наверняка была далеко не увеселительным занятием, показана в нем азартной игрой, построенной по принципу «кто кого перехитрит». Сценарий воздерживается от подчеркивания отрицательных качеств немцев и представляет их как соперников, способных сохранять уважительное отношение к противоположной стороне. Хотя фильм основан на реальных событиях и воздает дань памяти погибшим, он вовсе не стремится к достоверности и правдоподобию — скорее, к авантюрно-плутовскому вымыслу: действие по-голливудски приукрашено и спрессовано в целях увлекательности. Актёр Стив МакКуин, будучи известным поклонником высоких скоростей, согласился сыграть роль при условии, что ему дадут продемонстрировать мастерство владения мотоциклом: удовольствие от «Большого побега» может напрямую зависеть от способности обнаружить обаяние в этом актёре. Лента подарила мировому кино запоминающийся музыкальный лейтмотив Элмера Бернстайна и несколько легендарных сцен, мимо которых не могли пройти пародисты разных стран и поколений — от «Воздушного цирка Монти Пайтона» до Джима Абрахамса и братьев Цукер.

ОЦЕНКА: 7.

«Поезд»

Франция, август 1944 года. Инженер Лябиш (Ланкастер) и его товарищи по Сопротивлению должны остановить поезд, на котором немцы транспортируют в Германию захваченные во время оккупации картины великих французских художников.

Перейти на страницу:

Все книги серии Eksmo Digital. Искусство, хобби, развлечения

Похожие книги

100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е
100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е

Есть ли смысл в понятии «современное искусство Петербурга»? Ведь и само современное искусство с каждым десятилетием сдается в музей, и место его действия не бывает неизменным. Между тем петербургский текст растет не одно столетие, а следовательно, город является месторождением мысли в событиях искусства. Ось книги Екатерины Андреевой прочерчена через те события искусства, которые взаимосвязаны задачей разведки и транспортировки в будущее образов, страхующих жизнь от энтропии. Она проходит через пласты авангарда 1910‐х, нонконформизма 1940–1980‐х, искусства новой реальности 1990–2010‐х, пересекая личные истории Михаила Матюшина, Александра Арефьева, Евгения Михнова, Константина Симуна, Тимура Новикова, других художников-мыслителей, которые преображают жизнь в непрестанном «оформлении себя», в пересоздании космоса. Сюжет этой книги, составленной из статей 1990–2010‐х годов, – это взаимодействие петербургских топоса и логоса в турбулентной истории Новейшего времени. Екатерина Андреева – кандидат искусствоведения, доктор философских наук, историк искусства и куратор, ведущий научный сотрудник Отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Екатерина Алексеевна Андреева

Искусствоведение
Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии

Эта книга расскажет о том, как в христианской иконографии священное переплеталось с комичным, монструозным и непристойным. Многое из того, что сегодня кажется возмутительным святотатством, в Средневековье, эпоху почти всеобщей религиозности, было вполне в порядке вещей.Речь пойдёт об обезьянах на полях древних текстов, непристойных фигурах на стенах церквей и о святых в монструозном обличье. Откуда взялись эти образы, и как они связаны с последующим развитием мирового искусства?Первый на русском языке научно-популярный текст, охватывающий столько сюжетов средневековой иконографии, выходит по инициативе «Страдающего Средневековья» – сообщества любителей истории, объединившего почти полмиллиона подписчиков. Более 600 иллюстраций, уникальный текст и немного юмора – вот так и следует говорить об искусстве.

Сергей Олегович Зотов , Михаил Романович Майзульс , Дильшат Харман , Сергей Зотов

Искусствоведение / Научно-популярная литература / Образование и наука