РАСколдованная мама. Как складывается жизнь ребенка после того, как диагноз РАС снят

Сережа стал задерживаться после уроков, приходить домой с корочкой обледеневшего снега на куртке и брюках.

Я сердилась, потому что на улице было темно и холодно. Выручал телефон, который помогал поддерживать связь.

С опозданием вернувшись домой, сын садился за уроки.

Когда я возвращалась с работы, Сережа обычно уже ужинал.

Однажды вечером сына дома не оказалось. Взволнованная бабушка не могла ему дозвониться. И в ответ на мои звонки телефон молчал.

Я позвонила Андрею. Тот был уже дома. Сказал, что видел Сережу на горке около школы, но ушел раньше, чем он.

Дело осложнялось тем, что на улице стоял тридцатиградусный мороз и начиналась метель. Я металась по квартире, не зная, что предпринять. Идти ему навстречу? Мы могли разминуться, потому что часть пути Сережа ехал на трамвае, а часть шел пешком.

С каждой минутой становилось все тревожнее. Муж вернулся с работы и стал ворчать о безответственном поведении сына, отказываясь выезжать ему навстречу опять-таки из-за боязни разминуться.

В конце концов я не выдержала и, быстро накинув одежду, выбежала в обжигающую мелкой ледяной крошкой темноту.

Дорога шла между соседней школой и гаражами. Была еще дорога через территорию школы, но мы ходили по ней реже, поэтому я выбрала обычный путь. Мне уже стало все равно, разминемся мы с сыном или нет. Я просто не могла оставаться на месте и ничего не делать.

Людей на улице было мало. Неожиданно мой взгляд выдернул из темноты маленькую одинокую фигурку, медленно бредущую по направлению к дому. Это был Сережа.

Подхватив у него портфель, я потянула его по направлению к дому. Навстречу мелькнули огни фар – муж тоже не выдержал напряжения и поехал на поиски.

Оказалось, что Сережин телефон разрядился. Сын увлекся игрой на горке и не заметил, как стемнело и похолодало.

Ощущение времени у Сережи было нарушено. Он мог забыться за каким-нибудь занятием и не заметить, что проходят не минуты, а часы.

Терять счет времени он мог не только за приятным, но и за скучным занятием. Мог сидеть за уроками, не замечая, что прошло три-четыре часа, и думать о чем-то своем. Мог не заметить, что пора собираться или идти в школу, на тренировку. Необходимо было звонить, напоминать ему об этом.

Когда мы пришли домой, обнаружилось, что ноги у Сережи по щиколотку мокрые. Видимо, в ботинки забился снег, потом растаял. Я набрала теплую ванну и погрузила туда сына. Слава богу, обморожения не случилось. Но вся эта ситуация послужила уроком Сереже. Больше подобного не происходило. После случившегося он всегда был на связи и приходил домой вовремя.

В классе произошли перемены. Появился новенький мальчик, который переехал из другого города. Он был маленького роста и щуплого телосложения. Вежливый, немного странный ребенок. Звали его Кирилл.

Вскоре я узнала от Сережи, что новенького стали обижать и дразнить. Меня это не удивило. Я понимала, что монстру под названием «буллинг» нужна новая жертва.

В то время я перестала ходить на классные собрания.

Родителей этого ребенка я не видела. Сереже объясняла, что надо заступаться за Кирилла.

Вместе они проучились недолго, до конца четвертого класса. Когда Сережа уже учился в другой школе, от Оксаны я узнала, что в следующем году в классе началась настоящая травля Кирилла. Травлю поддержала классная руководитель класса (с пятого класса появилась новая наставница).

Слышать это было очень горько. Надеюсь, семья мальчика нашла способ решить эту проблему.

Я от души сочувствовала Кириллу, совсем не удивляясь происходящему. Коллектив класса, включая детей, родителей и учителей, был отравлен ядом нетерпимости, враждебности и равнодушия. У меня не хватило сил противостоять этому. Дочь Оксаны Маша тоже ушла из этого класса и перешла в соседний.

Оценивая обстоятельства той жизни сейчас, я понимаю, что сделала не все, что могла. Возможно, на тот момент я еще не набралась сил, чтобы противостоять обстоятельствам. Была слишком слаба и уязвима, не до конца верила в себя. Я признаю это.

Меня хватило только на то, чтобы в последний момент вывести своего ребенка из-под удара. Чтобы не дать погаснуть в его сердце последнему огоньку веры в людей и в себя. Чтобы окончательно не стать ничтожеством перед толпой. Я сделала то, что могла.

Надеюсь, у тебя, читатель, хватит мужества на более решительные действия и поступки, если потребуется.

На активную борьбу за своего ребенка и справедливость.

На то, чтобы в детских коллективах не было насилия и травли.

Тогда я буду считать, что эта книга написана не зря.

<p>Глава 53</p><p><strong>Выпускной. Сережино решение</strong></p>

Незаметно пришла весна. Все диктанты и контрольные были написаны. Сережа оканчивал начальную школу успешно, без троек.

Успеваемость давалась не просто. Сын по-прежнему не мог делать уроки самостоятельно. Прошло то время, когда мы сидели над каждым заданием «рука-в-руке», но о полной самостоятельности в выполнении домашнего задания речи не шло. Необходимо было присутствие взрослого и стимуляция.