РАСколдованная мама. Как складывается жизнь ребенка после того, как диагноз РАС снят

Ни одна наша дальняя поездка на машине не обходилась без блюза и музыки кантри. Я любила сидеть на переднем сиденье и громко подпевать любимому певцу или имитировать мелодию.

Джо Кокер, Рэй Чарльз, Стинг, Дерек Купер, Джо Дассен, Фредди Меркьюри, Элтон Джон – вот неполный плейлист наших любимых исполнителей. Из русскоязычных мы очень любим песни Валерия Ободзинского, которые всегда присутствовали в семейной музыкальной коллекции.

Мы оба знаем их наизусть. С песней «Эти глаза напротив» связана интересная семейная история.

В моей семье из поколения в поколение передается миндалевидный разрез глаз. Его унаследовали бабушка, мама, я и мой младший сын. Многие находят такую форму глаз привлекательной.

В 1970-х годах Валерий Ободзинский был на гастролях с концертом в нашем городе. Его слава гремела тогда по всей России. Мама, большая поклонница его таланта, купила два билета в третий ряд, в самую середину.

Общеизвестно, что при исполнении песен или во время другого выступления артист часто выбирает себе в зале какого-нибудь внимательного слушателя и как бы обращается к нему. Так легче фокусировать внимание.

Заинтересованный взгляд воодушевляет исполнителя.

Мама так восхищенно смотрела на Ободзинского, что он выбрал ее в качестве объекта и исполнял песни, глядя на нее. Постепенно это стало заметно окружающим, люди стали шушукаться и смотреть в ее сторону.

Хуже всех пришлось моему отцу, от которого тоже не ускользнуло внимание артиста. Когда же со сцены зазвучала песня «Эти глаза напротив», смысл происходящего стал настолько очевиден, что отец не выдержал, вскочил с места и стал пробираться к выходу. Маме ничего не оставалось, как выйти следом за ним.

Дома ее ждал громкий скандал. Хотя ничего предосудительного она не совершила, и песня на самом деле чудесная, очень любима слушателями и не исчезает с плейлистов многих любителей эстрады до сих пор.

У нас с мужем нет ограничений в виде выбора композитора или языка исполнителей. Наши музыкальные вкусы совпадают практически полностью.

Во время первого совместного Нового года муж включил любимую подборку композиций. Мы приготовились наслаждаться музыкой. Неожиданно возмутилась свекровь.

Ей не понравился наш репертуар.

Я не знала, что сказать. Вступать в спор и конфликтовать не хотелось. Идти на поводу у пожилого человека тоже неправильно. Муж стал спорить с матерью, настаивать на своем выборе. Праздник был испорчен. Вскоре гости разъехались по домам, а мы разошлись по комнатам и легли спать.

Я с грустью лежала в постели и размышляла. Было понятно, что еще не единожды нашей «объединенной» семье предстоит переживать конфликты и стычки по поводу пристрастий и вкусов. Голос свекрови звучал громко и бескомпромиссно. Ясно, что она не собирается «сдавать позиции».

Я думала о том, что решение о совместном проживании – необходимый, но очень тяжелый шаг, о котором я, возможно, буду неоднократно жалеть.

Мои предчувствия оправдались. Долгие годы ушли на то, чтобы отстоять свои позиции и выстроить границы для воцарения мира и покоя в семье.

Проигрывая ситуацию снова и снова, я понимала, что других перспективных жизненных сценариев у нас на данный момент нет. У каждого из членов семьи имелись свои интересы и приоритеты. Приходилось идти на компромиссы, которые не сулили легкой жизни.

Как показало время, это было необходимо.

<p>Глава 50</p><p><strong>Переезд. Новоселье</strong></p>

К февралю 2014 года все было готово к окончательному переезду.

Состоялся серьезный разговор с Сережей. Я предложила ему перейти в соседнюю с новой квартирой школу в середине года. Так как он учился во вторую смену, это решило бы множество проблем. Зимой занятия в школе заканчивались затемно, встречать его после уроков и увозить домой возможности ни у отца, ни у меня не было (каждый из нас работал на двух работах).

Чтобы добраться до дому, Сереже надо было проехать две остановки на трамвае и два квартала идти пешком.

Нас беспокоила эта ситуация, но Сережа стоял на своем:

«Я окончу начальную школу вместе с одноклассниками».

Я не стала возражать. Нам всем было трудно. Менялся уклад жизни, окружение, соседи. Я понимала, что Сережа боится не справиться с другой программой в новом классе. В конце начальной школы ввели так называемые итоговые контрольные работы, к которым ученики тщательно готовились. На родительских собраниях Палкина без конца напоминала, как это тяжело и ответственно.

Сережа по-прежнему продолжал посещать спортивные занятия. За расписанием и заблаговременным выходом из дома следила бабушка. Благодаря ее стараниям Сережа не нарушал учебной дисциплины.

После маленькой тесной хрущевки новая квартира казалась роскошной. Большие комнаты, широкий коридор, просторная кухня-столовая. Я с наслаждением развешивала шторы, покупала скатерти, расставляла посуду. Мы отпраздновали новоселье с родственниками, друзьями и коллегами.