Расширение прав и возможностей женщин в России

Для учебника эта книга покажется слишком эмоциональной. Журналисты сочтут ее слишком сухой и практичной. Раскрою секрет: я сделала так специально, чтобы вы, мои читатели, смогли понять третий сектор не только умом.

Я хотела, чтобы ваши сердца смогли почувствовать людей, которые жили и работали в нем[54].

Третий сектор – это не шпионский роман. Третий сектор, правда-правда, – не название секретной организации воинов Зимбабве, даже не часть футбольного поля.

Это мы с вами. Вот о чем эта книга. О нас. Удивились? Давайте разберемся.

Когда в магазине вам продали цветной телевизор, который через неделю забыл, что он цветной, а мастер разводит руками: «Заводской брак!» – кто вам поможет защитить ваши права как потребителя? Правильно, Общество защиты прав потребителей.

Когда вашего единственного сына с его плоскостопием и язвой забирают служить в «горячую точку», куда вам бежать сломя голову? В Комитет солдатских матерей. Там отцы и матери, такие же как вы, которым не хочется ждать милости от военкомата.

Когда ваш ребенок тяжело заболел и дома стены перестали помогать, кто первым придет на помощь? Общество родителей с детьми-инвалидами.

Это все третий сектор – некоммерческие организации, созданные людьми для решения проблем или воплощения идей или просто для того, чтобы быть вместе. Это все третий сектор [Алексеева 1996][55].

Термин «третий сектор», который восторженно описывает этот отрывок, используется для обозначения неформальных групп – ассоциаций, клубов или НПО. Название связано с ролью этого сектора в триаде, где на первом месте – государство, на втором – частный сектор бизнеса и предприятий, а на третьем – сфера гражданских инициатив[56]. Помимо этого, как следует из текста Алексеевой, для третьего сектора важно умение убеждать, направленное на превращение якобы зависимых и политически пассивных советских людей в активных граждан, экономных потребителей и защитников своих прав и интересов. Третий сектор представлял собой загадку для российских активистов, с которыми я работала в ходе исследования. Хотя идея увлекала многих, активистам не нравилось, что она меняла способ их работы. В связи с этим третий сектор – это повод переосмыслить форму и логику политического активизма, поощряемого международными агентствами по вопросам развития в период после окончания холодной войны.