Расскажи мне, батя, про Афган!

– А? Ты кто, боец? – дико орал Пряник, искажая лицо страшной гримасой.

– Ты убил его, Пряник! Пошли к Шише, там стреляли. Мы ж резерв! – пробовал отвлечь его Карман.

– А-а-а-х! Патроны…. Боец, патроны! – плевался кровью прапорщик.

Короткая автоматная очередь была неожиданной только для Кармана, Пряник упал, так и не поняв, что произошло.

Стрельба и взрыв в стороне стоянки техники привели Шишу в замешательство. А тут ещё взрыв и огромный чёрносерый гриб дыма вырос над «зелёнкой», давая понять, что парням там сейчас туго приходится. А Злой всё молчит и молчит! Шиша видел, что там, наверху, происходит какое-то движение. Даже один раз ветер донёс до него гнусавое «халя-маля» на чужом языке. Ждать ещё? А если Злого уже грохнули? Разве не может такого быть? Может! Там наших пацанов рвут, а он тут сидит и ждёт неизвестно чего. Шиша повесил на шею автомат, положил на правое плечо трубу гранатомёта и начал потихоньку передвигаться вперёд, в гору.

– Надо поближе подойти, чтоб наверняка уродов положить. А потом из «калаша»… – шёпотом сам себя убеждал, тяжело дыша и еле ворочая пересохшим языком Шиша, – пить надо бросать. Нет. Сначала курить, а потом пить.

До двух духов с пулемётом и РПГ оставалось метров 180–200. Уже были видны тёмно-зелёные разводы на камуфляжах и различимы бородатые лица. Один из них смотрел в бинокль. Туда… вниз, на дорогу. Шиша вспомнив щит на стрельбище с нарисованным на нём гранатомётчиком, стоящим на одном колене, тоже опустился на правое колено, быстро прицелился и… Чёрт! Он жал на спуск, а эта долбанная граната не летела!

– Твою маму… – ругнулся в голос Шиша.

«Предохранитель!» – вспомнил он. Его, конечно, услышали и увидели. Две очереди из двух стволов.

– Получи-и-и-и… – прохрипел на выдохе Шиша, нажимая на спуск.

От попадания пуль в грудь и плечо корпус парня дёрнулся, граната вылетела из трубы и понеслась намного выше цели. Но задача была выполнена. Подрыв произошел на самой макушке горы. Срубленные осколками кусты и ветки деревьев, камни и рыжая земля поднялись вверх в огненном смерче, падая на дорогу. Вот такой салют по случаю прибытия долгожданных…

Злой прекрасно всё слышал. Только не знал и не видел, как всё началось. Он заметил, как задёргались эти четверо бабаёв после первых выстрелов и взрыва. Как дух с седой бородой что-то орал в микрофон радиостанции и от бессильной злобы топтал своими сапогами молоденькие зелёные кустики. Видно, начальник. Но Серёга чётко выполнял задачу, поставленную самому себе. Нужно было ждать конвой, чтобы обозначить засаду. А этих… этих он всегда успеет. Решение пришло само собой. Вернее прилетело. Злой сначала услышал, а через пять минут увидел ту самую «вертушку» с цифрой «22» на борту, облетавшую свою зону ответственности. Вертолёт услышали и духи, замерев на своих позициях.

– А теперь, «летун», сюда посмотри, – одними губами прошептал Злой, выцеливая спину того… крикливого.

Подрыв гранаты произошел как раз почти под брюхом МИ-8. «Вертушка» шарахнулась влево, круто набирая высоту, чтобы определиться с появившейся опасностью. Не став дожидаться ответного «дружеского» огня, Еремеев далеко забросил трубу РПГ и, низко наклонив голову, побежал в сторону, где оставлял Шишу. Нашёл по кровавому следу, без сознания. Полз мужик в сторону Пряника с Мартыном. Своим помогать! Взвалив парня на плече, Злой начал спускаться вниз, где «зелёнка» была гуще. Он ещё не слышал, но уже спиной чувствовал, что там… сзади, что-то начинается.

И вот заныли, как стая голодных гиен, вертолётные НУРСы, перепахивая и перемешивая всё живое с не живым. Заработали крупнокалиберные пулемёты осколочно-зажигательными, высекая огонь и пламя из скальной породы. А вот и дорога! Задубасила автоматическая 30- миллиметровая пушка БМП, длинными очередями огрызнулись крупнокалиберные пулемёты БТРов. Бесперебойная трескотня «калашей» подстёгивала Злого. «Ноги, Серый, ноги!» – стучала в голове единственно правильная мысль. Сейчас здесь будет жарко! Внезапно очнулся Шиша.

– Серый… положи меня… больно, – прошептал он, давясь сгустками крови.

– Молчи, друган… молчи. Береги… силы, – тяжело переводя дух, шептал ему на ухо Злой, опуская на землю, – отдохнём и дальше двинем. Там наши ждут.

– Прости, Злой, что я… не попал я, кажись, – хрипел Шиша, – меня Васькой зовут.

– Как не попал? Попал, я сам видел. А я знаю, Васёк, знаю, – осматривался по сторонам Злой, – хочешь, я тебя всегда так звать буду.

– Думал, вернусь на гражданку… мамку найду. Думал, заживём. Думал, прощу… Жалко, что вот так. Ты это… Серый, – внезапно затараторил Шиша. – Найди её, слышишь? Спроси её… почему, мол?

– А надо ли, Васёк? Ты и без неё…

– Надо, Серый. Она ж мамка моя…

Внимание Злого привлёк звук покатившихся камней. Он прикрыл рот Шише и приставил палец к своим губам.

– Тсс… идёт кто-то.