Расскажи мне что-нибудь хорошее. История о маленьких ежиках и необыкновенном спасении дельфина Каси

Каждый домик был маленьким шедевром: оборудованный механизмом, способствующим циркуляции воздуха летом, с крошечным ковриком из линолеума. На каждом из них красовались надписи «Ла Нинна» рядышком с «Друг ежа», чтобы запечатлеть побратимство наших ассоциаций. Меня это тронуло – как приятно осознавать, что неподалёку есть люди, разделяющие твои убеждения и ценности! Зачастую, когда я рассказываю, что открыл первый в Италии центр по уходу за ежами, люди смотрят на меня странно, если не сказать недоверчиво. Увидев наши соседствующие названия, я не только почувствовал, что больше не одинок, но и ощутил, что обрёл старших брата и сестру, которых у меня никогда не было.

Эльзе первым делом захотелось увидеть ежей с физическими отклонениями – тех, кто больше других нуждался в помощи. Сначала я показал ей Соффи, нашу невропатологическую бабулю; затем Сору Леллу, страдающую параличом нижних конечностей; Джека, пожилого самца с изуродованной мордочкой; и наконец наш талисман – Блондино, пациента с редким генетическим заболеванием. Я волновался, поскольку эти ежи стали душой Центра и мне были очень дороги. Эльза дала мне совет, мы обменялись мнениями, рассказали друг другу пару анекдотов.

– Сколько же тут ежей, Массимо! – удивлённо сказал Алекс. – Как в лазарете!

– Так и есть, – ответил я, – на самом деле это полевой госпиталь в зоне боевых действий. Мы не можем отказать хоть кому-нибудь.

Помню, как в глазах у Эльзы стояли слёзы, когда я рассказывал о ежах. Я знал, что она прекрасно меня понимает и испытывает такие же эмоции. Она была на моём месте.

В конце дня к нам присоединилась Кристина, и мы все вместе поужинали в таверне в Новелло. Мы долго разговаривали обо всём на свете: о нашей жизни, об опыте, о мечтах. Тогда же я обнаружил, что Алекс, как и я, большой любитель астрономии. Мы допоздна говорили о звёздах и планетах, любуясь ими в ясном небе в обрамлении заснеженных гор.

Хороший ужин в компании старых друзей – так я бы назвал этот вечер, несмотря на то что в тот день мы с Эльзой и Алексом встретились впервые. Нам так понравилось проводить время вместе, что они решили задержаться ещё на денёк.

При отъезде Эльза сделала мне ещё один подарок: забрала с собой одного гиперактивного ёжика, который никак не мог усидеть в клетке.

– По дороге домой мы проедем мимо дома моего друга в красивом месте в Альта-Ланге.[33] За эти годы он научился ухаживать за ежами. У него на участке отличный высокий забор, и ваш ёж сможет спокойно там перезимовать, а весной убежать в поля, – добавила она, обнимая меня. – Теперь ваша очередь нас навещать.

Я стоял и смотрел на исчезающую вдали машину, и тиски ностальгии уже сжимали моё сердце.

Несколько месяцев спустя, когда я освободил двух ежей в Бене-Ваджиенна, воспоминания об этой простой и искренней встрече снова всколыхнулись в моей памяти, и я почувствовал, что за период изоляции истосковался по человеческим отношениям больше, чем когда-либо прежде.

Тогда я подумал о Касе и об их связи с Иваном, столь важной для них обоих. Иван остался с Касей в заброшенном дельфинарии и спас её от депрессии, отказавшись при этом от всего внешнего мира.

Мы не созданы для одиночества, подумал я. Нам нужно держаться вместе. Теперь, когда мы знаем, что такое изоляция, в этом не осталось никаких сомнений.

Глава 18 Неожиданная остановка

«Если бы Кася не была так далеко, если бы она была здесь, в Италии», – думал я каждый день. Я следил за ходом строительства бассейна на странице «Карадагской биостанции» в соцсетях и с нетерпением ждал видеороликов, которые мне присылали молодые российские волонтёры.

– Смотри! – радостно показывал я Кристине, – купол уже готов!

Или:

– Они уже закончили расчистку земли! Видишь? Вот здесь будет сам бассейн.

Кристина улыбалась в ответ, стараясь не выдавать своей тревоги. С одной стороны, она тоже привязалась к Касе и надеялась, что нам удастся её спасти, а с другой – боялась, что из-за всех препятствий, с которыми мы сталкивались, эта затея может обернуться неудачей. Она не хотела гасить мой энтузиазм, но в то же время не решалась его поддерживать, боясь, что впоследствии я разочаруюсь ещё сильнее.

Я же тем временем продолжал отсылать небольшие суммы на строительство бассейна. Казалось, всё идёт как по маслу, когда работа вдруг прекратилась.

– Что-то случилось? – спросила однажды вечером Кристина, увидев, как я озабоченно уставился в экран телефона.

– Да… то есть нет. Не знаю, – нерешительно ответил я. – Что-то «Карадагская биостанция» давно не публиковала ничего нового по поводу строительства, да и ребята не присылали мне видео уже несколько дней. Пытаюсь выяснить причину.

Лицо Кристины на миг омрачилось.

– Думаю, это случайность, – попыталась успокоить она меня. – Может, тебя предупреждали? Ты уже спросил у волонтёров, которые шлют тебе новости?

– Я написал ещё вчера, но мне не ответили, – пояснил я.