Было странно сидеть там сложа руки. Я улыбнулся, осознав, что свободная минутка у меня опять выдалась не по собственной воле. Расслабиться я не мог: мои мысли раз за разом возвращались к многочисленным подопечным в Центре, прежде всего к Элис. Также я размышлял о том, какой диагноз мне поставят. Что, если обнаружится что-то серьёзное? Что, если я ещё долго не смогу вернуться в Центр?
Где-то во второй половине дня в наш общий со старыми друзьями чат пришло сообщение. Его сопровождала фотография прекрасного пустынного пляжа; в центре – ноги лежащего человека, а на заднем плане кристально чистое море.
«Привет из Греции!» – написал нам Маттео.
Я смотрел на фотографию с ноткой ностальгии, когда пришла реакция от другого друга: «Привееет! Счастливых праздников из Лигурии», – написал он. На этот раз на фотографии был Роберто с сыном. Они оба стояли на палубе их парусника.
Почти одновременно пришёл ответ от Федерики: «Обнимаю всех с Доломитовых Альп!» – и куча счастливых смайликов и сердечек.
Ого, подумал я, как же давно я не отдыхал! Как же сильно отличалась моя жизнь от жизни друзей и знакомых… Я задавался вопросом, действительно ли я скучаю по беззаботности, сквозившей в этих сообщениях, или нет.
Смотрел на пейзаж за окном, улыбался. Снова взял мобильный телефон и сфотографировал холмы, усеянные лесами. «Эргономичное кресло, – напечатал я в чат, – потрясающий вид на лес, бесплатный кондиционер и полное медицинское обследование. Привет из отделения неотложной помощи Вердуно». И отправил.
Естественно, все заинтересовались, а потом посмеялись вместе со мной. Это вышло удачно, потому что благодаря моим разъяснениям и новым фотографиям чат снова ожил и я провёл час, общаясь с друзьями и ни о чём не беспокоясь.
Ближе к вечеру очередь дошла и до меня.
Доктор провела осмотр безэмоционально и бегло, а я постарался как можно более детально рассказать обо всём, что меня тревожило. Она молча выслушала меня, провела серию диагностических тестов, а затем попросила подождать в другой комнате.
Примерно через час меня вызвали повторно.
– Доктор Ваккетта, – сказала она мне, заполняя бланк выписки из отделения неотложной помощи, – вы здоровы как бык. У вас ничего не нашли. Вам просто следует побольше отдыхать.
Я удивился.
– Но… как же кровь в кале… – пробормотал я.
– В анализах, которые я увидела, нет никаких признаков потери крови. Вы уверены, что вам не показалось?
В этот миг я кое-что понял. Двумя днями ранее мне пришлось ужинать поздно вечером. У меня не было времени на готовку, поэтому я взял первое, что попалось в холодильнике, и без особых церемоний проглотил.
– Послушайте, – обратился я к доктору. – Могут это быть арбуз или вяленые помидоры?
Она подняла взгляд от листка, который заполняла, и посмотрела на меня поверх очков.
– Только если съесть слишком много, доктор Ваккетта.
– Половина арбуза и целая банка вяленых помидоров, – виновато признался я.
Она перестала писать и недоумённо посмотрела на меня.
– В таком случае, вам нужен не только отдых, но и сбалансированная диета.
Мы наконец рассмеялись.
– Всё, идите, позаботьтесь о своих ежах.
Мне хотелось её обнять.
Из больницы я вышел окрылённый. Только тогда я осознал, насколько мне было страшно.
Я был абсолютно здоров! Как бык. Я шагал с чувством огромного облегчения. Меня ожидали Кристина, Центр, волонтёры, Новелло!
В Центре я первым делом побежал к Элис. Лестницу я преодолел в два прыжка, но у двери комнаты остановился. Медленно взялся за ручку и приоткрыл дверь.
Ежиха спала в своей клетке рядом с грелкой, положив мордочку на лапы. Рядом с клеткой, из большого окна, выходящего в долину, виднелись холмы, похожие на те, которые я сфотографировал и отправил своим друзьям.
Я уже там, где хочу быть, подумалось мне. Счастье всегда ближе, чем кажется.
Некоторое время я ещё умиротворённо наблюдал за Элис. Вспомнил, как мы ожесточённо боролись за её жизнь – ежедневные процедуры, дающие ей новый день, неделю, месяц жизни. Я испытывал огромную благодарность за жизнь спящего передо мной существа: хрупкость бытия показывает, насколько драгоценна каждая прожитая минута.
Сентябрьские световые дни становились всё короче и короче, а надежды на перевозку Каси таяли на глазах.
Я с головой погрузился в работу, чтобы оттянуть момент, когда мне всё-таки придётся всё обдумать и прийти к выводу, что наша затея потерпела неудачу. Нужно было смириться ещё и с тем, что я втянул в это других людей. Больше всего меня ранило то, что Кася так и останется в этом заброшенном дельфинарии в компании одного-единственного человека, который, хоть и любил её, не располагал достаточным ресурсом для её спасения.
Вдруг под конец сентября мне на телефон пришло уведомление: меня добавили в чат в вотсапе. Я хотел было посмотреть участников, когда туда пришло сообщение: «Добрый день, Массимо! Я Венера, активистка.