Расскажи мне что-нибудь хорошее. История о маленьких ежиках и необыкновенном спасении дельфина Каси

Я оставил клетку ежихи нетронутой – с одеяльцем, грелкой и лекарствами, которые положил сверху. Каждый раз, когда я проходил мимо, мне казалось, что Элис ещё здесь. Мне потребовалось больше месяца, чтобы убрать её клетку с кухонного стола: однажды я просто почувствовал, что отпустил её. Мне будет её не хватать, но Элис наконец обрела покой.

Так я жил в потоках двух совершенно разных полётов: полёта Элис, положившего конец её физическим страданиям, и полёта Каси, положившего конец её одиночеству и ознаменовавшего начало её новой жизни. Жизнь и смерть никогда не казались мне такими близкими.

Глава 32 Перелёт

Накануне перелёта Каси всё было спокойно. Амир, который мог в последнюю минуту сообщить об очередных проблемах, не звонил. Несмотря на это, ночью мне опять не спалось – я ворочался, не в силах сомкнуть глаз от волнения и беспокойства. Весь последний месяц мы шли по тонкому льду на противоположный берег, и мне не верилось, что нам удастся дойти. Момент, о котором мы так мечтали и которого ждали, но который, казалось, никогда не наступит, был от нас в нескольких часах полёта.

Мне удалось уснуть только на рассвете, когда беспокойство наконец поутихло.

Правда, ненадолго.

В девять утра зазвонил телефон. Я сразу подскочил в кровати, уставился на экран и вздрогнул: Амир.

Почему он звонит в такое время? Мы договаривались, что он позвонит мне только в момент взлёта, вспомнил я. Тон его голоса сразу дал понять: что-то пошло не так.

– Доброе утро, Массимо, у нас проблема, – обеспокоенно начал он.

– Что на этот раз?

– Кася не даёт себя поймать. Она увидела посторонних и что-то заподозрила. Иван уже несколько часов пытается к ней приблизиться, но ему не удаётся. Мы даже не можем заманить её едой, потому что Касе нельзя есть перед перелётом.

– Разве вы не дали ей успокоительное?

– Да, но совсем лёгкую дозу, чтобы во время полёта не возникло проблем с дыханием.

– И что теперь? Что мы можем сделать? – спросил я.

Амир немного помолчал, потом вздохнул.

– Нам придётся выкачать воду из бассейна.

– Выкачать воду? Но это займёт много времени, а самолёт вылетает в полдень, как можно…

– Мы поставили три водоотливных насоса, – прервал он меня, – так что это займёт у нас часа два, не больше. Пришлось перенести рейс на 16:00.

– А бассейн глубокий? – спросил я после нескольких секунд молчания.

– Пять метров.

– Боже мой! Ну хорошо, держи в курсе.

Когда я отложил телефон, меня охватило беспокойство. Невезение всё никак не хотело оставить нас в покое.

К счастью, Амир сообщил, что полдела уже сделано, и пообещал перезвонить, когда они погрузят Касю в машину. У нас было 10 утра, а в Тегеране – 12.

Я попытался сосредоточиться на работе в Центре, чтобы отвлечься. Часы шли медленно, и моё беспокойство росло. Я думал о сложной операции по поимке дельфина и представлял, как Кася извивается на мелководье, пока Иван с волонтёрами пытаются загнать её в угол сачком. Страх Каси передался и мне.

Страшные сцены сменялись у меня в сознании, как кадры кино. Я видел, как Иван пытается схватить Касю в объятия, которые больше успокаивали её, чем удерживали, в то время как волонтёры подсовывают ей под живот полотенце, чтобы поднять. Трос лебёдки натягивается и чуть не обрывается из-за судорожных движений дельфина. Подвешенное в воздухе блестящее тело извивается, поддерживаемое дюжиной рук, которые помогают вытащить его из бассейна. Наконец другая группа людей хватает самодельные носилки и с трудом несёт уложенного на них дельфина к машине.

Ещё один кадр: Кася в маленьком контейнере, наполненном водой лишь наполовину. Я прочувствовал весь её страх, когда она перевернулась на бок в приступе клаустрофобии.

Мне даже показалось, что я чувствую руки Ивана и Амира, которые нежно, но уверенно удерживают дельфина за ласты.

– Спокойно, – шепчут они ей. – Мы с тобой, всё в порядке.

Я почувствовал бешено колотящееся сердце Каси в своей груди, а потом постепенно стал успокаиваться от ласковых прикосновений и слов её дрессировщика и давнего друга, пока грузовик ехал в аэропорт.

Я посмотрел на время – 15:00, и Амир до сих пор мне не позвонил. На моё сообщение он не ответил. Прождав ещё минут десять, я ему набрал сам, но он не взял трубку, чем заставил волноваться ещё сильнее.

Что, если Кася пострадала, когда они пытались её поймать? Может, случилось что-то серьёзное и они боятся сообщить мне об этом? Нет, нет… не может быть… я запретил себе об этом думать.

Когда я уже начал погружаться в пучину мрачных мыслей, зазвонил мобильный телефон, и я сразу же бросился к нему.

– Что…

– Привет, Массимо! Прости за беспокойство, но я хотел у тебя кое-что уточнить… – это оказался один из наших волонтёров, звонивший уточнить что-то про Центр.