Ожидание было мучительным, но на третий день у Каси стали появляться первые признаки улучшения: она стала больше есть и дольше плавать. Это подтверждало нашу догадку о том, что её недомогание было вызвано стрессом, и мы наконец смогли перевести дух.
Пришло время сообщить отличные новости в социальных сетях. Реакция была удивительной: наш рассказ даже попал в некоторые национальные выпуски новостей. Воодушевлённые интересом, который вызвала история, мы начали проводить прямые эфиры, чтобы показать подписчикам новую жизнь Каси и немного познакомить их с миром дельфинов.
Ко всеобщему приятному удивлению, Касю не стали держать на карантине, а сразу подселили к годовалому дельфину по имени Дэнни. Она так нуждалась в обществе после длительного одиночества, что сразу же подружилась с этим малышом: Кася искала его и почти всё время держалась рядом, что порой вызывало ревность его матери. Но, к счастью, это были лишь временные разногласия. Амир прислал мне видео, на кадрах которого Кася ждала его у входа в бассейн, где Дэнни тренировался, и потом ещё две записи, где оба дельфина плавали рядом. Было приятно видеть, что Кася наконец общается со своими собратьями, как это и должно происходить у дельфинов: они живут группами на протяжении всей жизни.
Иван сидел с ней целыми днями, и Кася постепенно возобновила тренировки с прежней энергией. Следующим шагом было познакомить её с другими дельфинами, которые жили в соседних резервуарах. Однако, чтобы добраться до них, Касе нужно было плыть по узким коридорам, которых она боялась. Это заняло целый месяц, но в конце концов она преодолела свои страхи и познакомилась со своими сородичами. Поначалу два самца немного притесняли новенькую, но через неделю Касю приняли, и она стала частью группы.
Иван признался мне, что никогда ещё не видел Касю такой красивой. «Её глаза снова оживились, в них появилось любопытство, – писал он мне. – А её кожа никогда не выглядела такой блестящей. Теперь у неё явно всё хорошо».
Я был очень доволен, хотя в глубине души и знал, что это всего лишь первый шаг.
Кася была счастлива, потому что она больше не была одна, но её жизнь по-прежнему ограничивалась дельфинарием. Мы все во главе с Иваном мечтали вернуть её на свободу в Чёрное море.
К сожалению, для дельфина, который много лет находится в неволе, далеко не всегда гарантирована успешная реабилитация. Это занимает несколько месяцев в морском загоне, за это время дельфин должен восстановить свои охотничьи инстинкты и отвыкнуть от присутствия людей. По мнению специалистов, у Каси ещё был шанс, потому что её поймали только десять лет назад. У нас не было никаких гарантий, но мы хотели попытаться. Центров восстановления дельфинов в мире очень мало, а в Европе их вообще нет. И нам стоило очень постараться, потому что остров Киш должен был стать всего лишь остановкой на пути Каси к свободе.
Битва продолжалась…
Как и каждое утро, пока я кормил Блонди, я взял планшет, чтобы проверить почту. Мой взгляд упал на имя Рафаэллы, близкого друга и бывшего мэра маленького городка в провинции Новара. Заинтригованный, я открыл письмо и увидел длинное сообщение. Я довольно бегло его просмотрел, а потом перешёл к другим письмам, пришедшим накануне. Вернув Блонди в её клетку, я, как обычно, занялся терапией, но слова Рафаэллы настойчивым эхом отдавались у меня в голове, поэтому я решил перечитать, что она мне написала.
Она поведала, что с детства любит ежей, но никогда об этом никому не рассказывала, потому что окружающие не разделяли её интереса. Потом она узнала про наш Центр и поняла, что не одна. Это придало ей смелости делом выразить свою любовь – сначала ежам, а затем, когда появилась возможность, слепой девочке, которой она, будучи мэром, помогала.
Рафаэлла чувствовала, что эта маленькая девочка, которую она назвала Люси, стала для неё тем же, чем была для меня Нинна, – встречей, которая меняет всю жизнь и придаёт ей смысл. Теперь Рафаэлла помогает всем нуждающимся, будь то ребёнок или осиротевший ёжик.
Я часто задавался вопросом, почему люди следят за нами в социальных сетях, что побуждает их распространять информацию дальше и помогать тем, кто слабее, ставя их на первое место. И в конце концов я нашёл ответ, который, хотя и не является общепризнанным, определённо совпадает с тем, что я вижу в своей повседневной жизни: двигатель всего – сострадание. И чем оно сильнее и чище, тем больше передаётся другим. Страсть и сострадание возрождают дремлющие в глубине сердца чувства даже у тех, кто изначально хотел просто посмотреть. Именно в этот момент мы набираемся смелости, преодолеваем лень и смутное чувство беспомощности, которое пронизывает всю нашу жизнь, и ставим себя на кон. Добро порождает добро, и оно распространяется во всех направлениях, как эффект домино, поэтому после операции по спасению дельфина мы уже участвуем в строительстве первой больницы для бездомных собак в Иране по просьбе Мамеда, секретаря консула. Но это уже совсем другая история…