Реорганизованная преступность. Мафия и антимафия в постсоветской Грузии

Тем не менее, несмотря на эти формально демократические процессы, уже в 1980-х годах воровской мир начал распадаться по этническому признаку. До этого этнические различия между ворами в законе не были заметны. Однако, согласно некоторым источникам, когда национализм в советских республиках начал ослаблять всеобъемлющую власть Коммунистической партии, воры в законе обсуждали это и пытались противостоять фракционности по этническому признаку [Глонти, Лобжанидзе 2004: 121]. Между ворами в законе стали возникать разногласия, которые к 1985 году были официально отмечены МВД [МВД-А, 0033/1985]. Грузинские воры в законе стали отделяться от славянских воров, особенно по вопросу их отношения к воровскому кодексу [Долгова 2003; Oleinik 2003].

Однако и сами грузины также раскололись на территориальные группировки. Когда именно эти группировки стали заметными и сплоченными образованиями, неясно; возможно, что они существовали до 1990-х годов, а затем в результате центробежных сил, действовавших в хаосе того десятилетия, раскол усилился. Эти группировки очень заметны в наши дни, особенно сейчас, когда по причине репрессий, начавшихся после «революции роз», воры в законе находятся за пределами Грузии и действуют в России. Грузинские сообщества воров в законе описываются в российской прессе как отдельные организованные преступные группировки, образовавшиеся вокруг известных лидеров [Компромат 1999; Русский Newsweek 2009].

Из имеющихся данных можно вывести ряд показателей, указывающих на фракционность внутри грузинских воров в законе, а именно: их происхождение в основном из трех городов; использование для обозначения принадлежности к одной из фракций, происходящих из этих городов, полученных по названиям населенных пунктов прозвищ; и, наконец, наличие явных конфликтов между группами. Ниже я рассмотрю каждый из приведенных показателей.

Населенные пункты и данные по ним прозвища

Три основные грузинские группировки, действующие в настоящее время в основном в России, известны под своими русскими прозвищами: тбилисская, кутаисская и сухумская. Эти группировки или клики, образовавшиеся внутри сообщества грузинских воров в законе, базировались в грузинских городах Тбилиси, Кутаиси и Сухуми и, соответственно, их окрестностях. Последний упомянутый город находится на ныне де-факто независимой территории Абхазии. Воры в законе из этого региона являются в основном грузинами, которые по причине этнической чистки грузин в Абхазии после грузино-абхазской войны 1992–1993 годов сейчас живут в России.

До произошедшей в 2003 году «революции роз» сухумских воров в законе перебралось в Россию гораздо больше, чем воров в законе из других частей Грузии, и война 1992–1993 годов, скорее всего, это объясняет [AOCU 2004]. Тбилиси и Кутаиси – два крупнейших города Грузии, и каждый из них в какой-то момент истории Грузии был ее столицей.

На приведенном ниже рис. 5.2 показано население регионов Грузии и количество воров в законе в каждом из них по данным полицейских отчетов за 2004 год. Кутаиси – столица Имеретии, а Сухуми – столица Абхазии.

Как видно ниже, Тбилиси, Имеретия и Абхазия дали наибольшее количество воров в законе, и в настоящее время это делает происходящие оттуда группировки наиболее заметными. Существуют также группировки, появившиеся в других регионах, таких как, например, Самегрело. Любопытно, что в некоторых областях, таких как Кахетия, воров в законе почти нет, в то время как Кутаиси и Имеретинский регион имеют непропорционально большое по отношению к численности населения их количество[67].

В частности, в Кутаиси, где проживает одна седьмая часть населения Тбилиси, насчитывается две трети столичного числа воров в законе (чуть более пятидесяти), и примерно один вор приходится на каждые 3 тыс. человек.

Рис. 5.2. Регионы Грузии и количество воров в законе в каждом из них: Источник: [AOCU 2004]

* По некоторым регионам, таким как Самцхе-Джавахети, данных не было.

По словам одного кутаисского юриста, «здешняя криминальная группировка всегда считалась сильнейшей в стране, а местные жители утверждали, что у них на каждой улице свой “вор в законе”» [Дятликович 2007]. Действительно, Кутаиси имеет особую репутацию; местный прокурор утверждает, что «нет бизнесмена, гражданина, которых бы не беспокоили эти люди [воры в законе]» [Day.az 2007]. В Кутаиси местные жители говорят, что с точки зрения воровского мира Одесса – «мама», Ростов – «папа», а Кутаиси – сын [R37]. Это относится к утверждению, что исторически Одесса и Ростов были первыми городами, взрастившими воровскую культуру.