Рецепт убийства. Криминалистика Агаты Кристи глазами судмедэксперта

Банально, но авторы гениальных детективных романов всегда опираются на науку и знание судебной баллистики. Хотя брошенная Жаклин де Бельфор не раз говорит о желании убить свою бывшую подругу Линит Дойл, никто не утверждает, что именно ее пистолет был орудием убийства. Читателю говорят, что нет абсолютной уверенности в использовании конкретного пистолета, и сыщики избегают каких-либо выводов до того, как они получат больше информации после вскрытия. Для произведений золотого века детективного жанра это прогрессивный подход. Персонажи книг Кристи ведут себя как логически мыслящие сыщики, не делают поспешных выводов, основанных на обстоятельствах, и призывают читателей вести себя так же.

Кроме того, рана на голове Линит Дойл описана доктором Бесснером весьма реалистично:

«Смотрите: вот, прямо над ухом – здесь вошла пуля. Очень мелкая пуля, я думаю – двадцать второго калибра. Револьвер – его держали почти вплотную к голове, видите – темное пятно, это обгорела кожа».

Во время выстрела из ствола выходит не только снаряд: оттуда с силой выбрасываются дым и пороховые газы вкупе с копотью, частичками пороха и ружейной смазки, остатков капсюльного состава. Если дуло касается преграды (того, во что стреляют) или находится от нее на близком расстоянии, эта смесь оседает на ее поверхности. От этого кожа темнеет, а если частицы пороха проникнут внутрь раневого канала, получится эффект татуировки[160]. Результат очень похож на косметическую татуировку, сделанную иглой, – не внешне, а в том смысле, что частицы пороха, словно чернила, проникают в эпидермис. Степень потемнения и/или татуажа позволяет экспертам по баллистике определить расстояние, с которого был произведен выстрел. Во время выстрела продукты горения пороха также остаются на коже рук или перчатках того, кто стреляет. Интересно, что Кристи никогда не упоминает экспертизу дополнительных следов продуктов выстрела, потому что до 1970-х годов она не была стандартной практикой. Хотя во времена Агаты подобная криминалистическая техника уже существовала, она была довольно примитивной и занимала много времени.

Кристи упоминает о почерневших отверстиях пулевых ран в нескольких других книгах, в том числе в романе «Раз, два, пряжка держится едва…», чтобы придать сюжету бо́льшую правдоподобность. Однако в произведении «Смерть на Ниле» Кристи описывает ранение не только для того, чтобы читатель понял, как выглядело тело Линит. Писательница таким образом предлагает нам ключ к разгадке тайны в сочетании с другими находками. Между Эркюлем Пуаро и полковником Рейсом состоится разговор:

«Странно, – бормотал он, – все-таки странно…

– Что именно?

Пуаро сокрушенно продолжал:

– Cette pouvre madame Doyle[161]. Лежит себе мирно… и только дырочка в голове. Вы помните, как она лежала?»

Полковник Рейс уверен, что Пуаро на что-то намекает своим замечанием, но не понимает, на что именно.

Еще одной интересной уликой становится мокрая бархатная накидка с дырками от пуль и подпалинами. Пуаро подчеркивает, что накидка служила определенной цели. Он говорит полковнику, что ее наверняка использовали, чтобы заглушить звук выстрела. Проницательный Пуаро понимает значимость этой находки и говорит доктору Бесснеру:

«Вы обследовали тело Линит Дойл. Вспомните: кожа вокруг ранки обгорела – иными словами, стреляя, револьвер приставили почти вплотную к голове».

Бесснер это подтверждает, и Пуаро объясняет парадокс: если выстрел действительно был совершен через бархатную ткань, чтобы заглушить звук, на коже Линит не должно было остаться следов ожога.

Пуаро оказался прав. Хотя доктор Бесснер надлежащим образом провел вскрытие, он не понял важности импровизированного глушителя. Куда же стреляли через накидку, если не в Линит? Я больше ничего не скажу: это одна из моих любимых книг, и мне хотелось бы избежать спойлеров на случай, если вы еще ее не читали! Мы рассмотрели иллюстрацию того, как даже минимальное представление о судебной медицине и баллистике дает значительное преимущество в решении столь хитрой загадки.