Россия и русские. Книга 2

Реквизиции зерна прекратились, и вскоре их заменили продовольственным налогом, который был гораздо ниже и более предсказуем, чем грабительская политика последнего времени. Крестьянам снова позволили нанимать рабочую силу и арендовать землю. В то же время была легализована частная розничная торговля и отменена нормированная система пайков. Крестьяне снова ощутили интерес к производству, так как это позволяло им продавать излишки продовольствия по разумным ценам на городских рынках и получать прибыль. А чтобы они могли купить необходимую промышленную продукцию, власти отменили все ограничения на частную розничную торговлю потребительскими товарами в городах.

В ноябре 1922 г. был открыт новый Государственный банк, который сразу же приступил к выпуску нового рубля (червонца), обеспеченного золотом и сбалансированным государственным бюджетом, хотя еще долгое время ходили и прежние обесцененные бумажные деньги. Все эти меры означали возрождение денежного рынка и биржи в стране^{181}.

Результатом такой политики явилось быстрое улучшение экономики и торговли, хотя это по-прежнему не нравилось очень многим коммунистам. Эмма Гольдман, иностранная социалистка, посетившая СССР в это время, вспоминала позже, что «магазины и лавки возникли буквально за одну ночь и были загадочным образом наполнены деликатесами, которых Россия не знала годами. На продажу было выставлено большое количество масла, сыра и мяса... А мужчины, женщины и дети с исхудавшими лицами и блестевшими от голода глазами толпились у витрин магазинов и таращили глаза на это невиданное чудо. Все то, что еще вчера считалось предосудительной роскошью и было недоступно, теперь лежало перед ними и продавалось совершенно открыто и на законных основаниях»^{182}.

На улицах городов снова появились давно забытые базары, и на них могли открыто торговать сельские жители, которых еще вчера называли мешочниками и всячески преследовали. Повсеместно расцвела мелкая кустарная промышленность, а на улицах стали открываться небольшие частные кафе, зазывавшие прохожих яркими огнями и немыслимыми ароматами вкусной еды. Наряду с этим стали открываться и публичные дома, что вызывало у некоторых товарищей возмущение. Частная торговля затронула все сферы жизни, не исключая даже самой интимной.

Однако оживление экономической жизни было отнюдь не повсеместным. В регионе Волги и Камы, в Западной Сибири и на Южной Украине крестьяне переживали далеко не лучшие времена. Эти районы были Поражены неурожаем, и многие люди умирали от голода. Правительство предпочло прекратить всякое транспортное сообщение с этими районами, чтобы предотвратить распространение инфекционных заболеваний, и вместе с тем позволило образовать Общественный комитет по оказанию помощи голодающим (Помгол), который занимался распределением продовольствия, лекарств, одежды, инструментов, семян и других необходимых вещей, доставленных в страну из США по решению администрации президента Гувера. Несмотря на значительную международную помощь, в СССР от голода и недоедания умерло около пяти миллионов человек. Правящий режим с нескрываемым подозрением относился к работникам Помгола, иногда конфисковывал собранные ими продукты и в конце концов арестовал большинство членов этой организации^{183}.

В выполнении своих первоначальных целей (о дальнейшем их развитии инициаторы и не помышляли) новая экономическая политика оказалась весьма успешной. В главных отраслях промышленности — уголь, электричество, железо, сталь и машиностроение — к концу 1920-х гг. Советский Союз вплотную приблизился к уровню дореволюционного 1913 г. и даже стал превышать его^{184}.

Но в процессе экономического возрождения обнаружились и новые противоречия. Производство сельскохозяйственных товаров достигло уровня 1913 г. к середине 1920-х гг., но уровень товарности и развитие рынков не поднимались выше 60 процентов. Крестьяне по-прежнему предпочитали оставлять себе значительную часть выращенной продукции, причем не только для собственного потребления, но и для откорма скота, самогоноварения и других нувд- Они были крайне разочарованы состоянием товарного рынка, где цены на промышленные товары намного превышали цены на продовольствие. Сельскохозяйственное производство в силу своего характера возродилось намного быстрее, чем крупная промышленность, и поэтому цены на его продукцию стали ниже, чем на промышленные товары.