Россия и русские. Книга 2

Во время этих дебатов во второй раз были резко изменены правила игры. К власти пришел новый политический режим с мессианскими идеями тысячелетнего царства, но атеистический по своему характеру и решительно настроенный на разрушение и окончательную ликвидацию всех форм веры в Бога. В январе 1918 г. Советское правительство приняло декрет, эвфемистически названный «Об отделении Церкви от государства». В 1920-е гг. он был дополнен соответствующим законодательством. Этот декрет позволял экспроприировать все церковные земли без какой бы то ни было компенсации и лишал все религиозные организации их привычного юридического статуса. Любая религиозная община, состоявшая из более чем двадцати официально зарегистрированных взрослых верующих, могла по новому закону бесплатно арендовать церковные здания для осуществления религиозных обрядов, при условии бережного отношения к имуществу, и нанимать для этой цели «служителя культа». Все другие виды религиозной деятельности, включая образование, были строжайшим образом запрещены. Отныне любой священник был просто-напросто наемным работником, а не пастырем своего стада. Кроме того, Церковь лишалась возможности заниматься благотворительной деятельностью, общественными мероприятиями, устраивать публичные процессии и молитвенные собрания, изучать Библию и даже звонить в колокола во время церковной службы. Собственно говоря, за пределами храма и еженедельной церковной службы прихожане практически ничего не могли предпринимать, что заметно ограничило духовную и общинную жизнь православных верующих.

Новый патриарх Тихон очень резко отреагировал на первые декреты новой власти и предал анафеме атеистов и всех тех, кто принимал участие в насилии против невинных людей. Он не призывал верующих к вооруженному сопротивлению советскому режиму, но тем не менее в ходе Гражданской войны большевики относились к священникам как к своим заклятым врагам. К 1921 г. многие из них были арестованы и заключены в концентрационные лагеря или убиты, а около шестисот православных монастырей были закрыты^{173}.

Таким образом, Православная церковь перестала быть единой религиозной организацией, а патриарх Тихон был лишен какой бы то ни было возможности проводить свою политику мирного сопротивления новой власти. Некоторые священнослужители благословляли вооруженное сопротивление большевикам, но это было либо в местах, контролируемых Белой гвардией, либо за рубежом. Так, в городе Карловцы в Югославии в 1921 г. эмигрантские священники на наспех созванном Соборе призвали к свержению тирании коммунистов и восстановлению монархии.

Такие разногласия в период социальных потрясений позволили коммунистам представить Православную церковь в качестве своего противника, а также расколоть ее в целях полного подчинения своей власти. Кроме того, они всячески способствовали расколу Церкви внутри самой России. Разногласия в церковной среде, возникшие в период 1905—1907 гг., так и не преодоленные до конца, разгорелись с новой силой. Обновленцы, стремившиеся открыть епископат для белого духовенства и реформировать сам процесс литургии посредством перевода ее на современный русский язык, сформировали группу под названием «Живая Церковь», которая поставила перед собой задачу усиленной пропаганды своих взглядов и установления лояльных отношений с новым режимом. Некоторые из них даже считали, что коммунизм является современной формой учения Христа.

Страшный голод в Поволжье в 1921—1922 гг. предоставил правящему режиму возможность оказать большее давление на Православную церковь и тем самым усилить ее раскол. Патриарх Тихон хотел, чтобы церковь использовала оставленные ей ценные предметы нелитургического назначения для спасения голодающих, но при этом постоянно настаивал, что церковь сама должна распределять собранные деньги и продовольственные ресурсы. Однако коммунистические вожди всячески подталкивали «обновленцев» агитировать, чтобы это дело взяло под свой контроль государство и тем самым отмежеваться от тех, кого Троцкий называл «черносотенными священниками». Для этого они призывали собрать новый Собор и избрать новых иерархов Православной церкви^{174}.

Когда ГПУ (как стала называться ЧК) прислало своих агентов для конфискации церковного имущества, некоторые священнослужители оказали ожесточенное сопротивление, но были арестованы и даже казнены, как, например, митрополит Петроградский Беньямин. Патриарх Тихон был посажен под домашний арест, и два священника-обновленца Александр Введенский и Владимир Красницкий явились к нему с целью убедить его в том, что он больше не может исполнять обязанности патриарха. Вскоре они образовали Высшую церковную администрацию во главе с обновленцем архиепископом Антонином, заявив, что инициатива эта исходила от самого патриарха Тихона. С помощью ГПУ новая администрация сумела получить контроль над многими приходами, назначив туда своих священников и приступив с их помощью к проведению намеченных реформ.