Российская разведка XVIII столетия. Тайны галантного века

Самыми действенными средствами претворения этого плана в жизнь посчитали дипломатические в сочетании с разведывательными. А посему последовало указание Кейзерлингу на необходимость усилить работу по созданию и укреплению прорусской партии. На всякий случай были приготовлены войска на границах с Польшей. Какие надежды Екатерина возлагала на разведывательные и дипломатические комбинации Кейзерлинга, видно из ее личного письма к нему от 20 октября 1763 года. Она пишет: «…имейте в виду, что то мнение, которое составится о моем царствовании в настоящее время, находится в ваших руках»^{49}.

Собственно, это вопль души, мольба поддержать ее и — в то же время — строжайшее указание. Пожалуй, не найти подобного в переписке Екатерины ни с одним из ее политических соратников. И хотя это относится к первому году ее царствования, важно подчеркнуть, что ни Екатерина, ни Коллегия иностранных дел не собирались в этот период действовать в Польше иначе, как методами мирными. 6 ноября в Варшаву направляется наставление Кейзерлингу и Репнину, в котором официально русским кандидатом назван Станислав Понятовский. Тем самым было вновь подчеркнуто желание провести этот план без применения вооруженной силы. Кроме того, Кейзерлингу предлагалось организовать среди сторонников русской ориентации подачу петиции от польских магнатов и сейма русскому двору о взятии на себя торжественной гарантии конституции и свободных выборов, что требовалось Петербургу на случай, если нужно будет прибегнуть к введению войск в Польшу.

Подходил к концу период перед выборами короля, продолжавшийся около года. Это время ушло на то, чтобы проводить выборы в провинциальных сеймиках, укреплять влияние прорусской партии и разлагать противный лагерь. В провинциальных сеймиках русские разведчики непосредственно не могли действовать. Вербовка мелких шляхтичей, покупка голосов осуществлялись представителями «фамилии» и русской агентурой. В декабре 1763 года Екатерина сообщает в Варшаву, что она перевела на эти цели 260 000 червонных.

Наряду с этим, так как противная партия вела избирательную кампанию по свойственному шляхте методу — не агитацией и пропагандой, а саблей и кулаком, — с самого начала обнаружилась необходимость вооружения сторонников прорусской партии. С этой целью по предложению Панина в Риге было заготовлено оружие и боеприпасы, которые нелегально «под предлогом продажи» переправлялись в Польшу. Операциями руководил агент граф Огинский, командированный Чарторижским в Петербург.

В декабре 1763 года случился казус, облегчивший работу русским разведчикам: умер основной конкурент России курфюрст Саксонский. Второй претендент — гетман Браницкий, получивший под свое командование саксонские войска, использовал их для «избирательной» кампании. Чарторижские начали требовать, в свою очередь, военной помощи. В декабре последовало распоряжение ввести в Польшу 700 чугуевских казаков и 300 гусар. Однако руководство в Петербурге не хотело еще вмешиваться в избирательную кампанию штыками. Напротив, в январе 1764 года последовало указание Кейзерлингу на его предложение приступить к агентурной работе среди войск Браницкого. Оно гласило: «Конечно, вы не можете сделать ничего лучшаго, как развратить, если для вас это возможно, армию великаго генерала. Я не только одобряю это намерение, но даже уполномачиваю вас употребить на это всевозможные средства»^{50}. Так писала Екатерина.

Наряду с этим были приняты меры с целью вербовки Браницкого, Потоцкого и виленского воеводы «зубра» Радзивилла. К последнему отправился в феврале 1764 года майор Бандре. Инструкция, данная ему, содержит подробные наставления: как он должен явиться к Радзивиллу, как его обрабатывать, запугивать репрессиями, если он откажется, и обнадежить большими благодарностями, если он согласится. Бандре поручается также завербовать попутно кого-нибудь из окружения Радзивилла, его фаворитов, которые смогут повлиять на самого князя. Екатерина написала личное письмо Радзивиллу. Одновременно его «обрабатывал» и князь Масальский — гетман Литовский. Но эта работа результата не дала.

Борьба все больше обострялась. На сеймике в Грауденце Браницкий и Потоцкий устроили кровавые беспорядки, сорвали прусский сеймик и чуть ли не спровоцировали военное столкновение с корпусом Хомутова. В результате в апреле в Литву был двинут корпус Ренненкампфа численностью 6000 человек, а в Варшаву корпус Волконского.

Сейм был созван и благополучно закончился. Он поблагодарил русский двор за помощь и направил в Петербург посланником коронного писаря графа Ржевуского. А 26 августа 1764 года сейм избрал королем графа Станислава Понятовского. При этом никаких военных операций, достойных внимания, русские не предприняли.