Российские гении авиации первой половины ХХ века

«Однажды осенним воскресным днём к полусобранному самолёту подъехал автомобиль, с пассажирского кресла которого поднялся высокий стройный человек в длинном чёрном пальто и молча направился к невесёлым самолётостроителям. Сергея Рахманинова узнали все. Игорь Сикорский подошёл к композитору, и между ними состоялся разговор, который, можно сказать, решил финансовую проблему компании буквально одним росчерком пера. «Я верю в вас и ваш самолёт и хочу помочь», – коротко сказал Рахманинов и немедля выписал чек на пять тысяч долларов, что в нынешнем исчислении было бы примерно сто тысяч. С улыбкой протянув чек изумлённому Сикорскому, композитор сказал: «Вернёте, когда сможете»». Рахманинов не искал возможности инвестировать деньги, он просто хотел помочь одному из самых талантливых соотечественников того времени. В знак благодарности Сикорский предложил великому композитору стать первым вице-президентом своей компании. Рахманинову это, конечно, не нужно было, но он предложение принял. И сделал он это лишь для того, чтобы поднять престиж русских, которые во главе с гениальным изобретателем стояли на пороге новых свершений в мировой авиации. В личных отношениях между двумя семьями завязалась большая дружба. Великий композитор не только станет крестным отцом его сына, но и окажет большое влияние на его жизненный путь. Николай Сикорский станет известным скрипачом.

Сергей Рахманинов спас положение. Самолёт вскорости построили и испытали. Это был S-29A, двухмоторный биплан. Он стал самым крупным в Америке и одним из лучших в своем классе. Своим первым рейсом он доставил из Рузвельтфилда в Вашингтон два больших рояля, один из которых принадлежал С. Рахманинову, другой – госпоже Грейс Колин Кулидж, жене президента США. Доход за перевозку составил 600 долларов, что составляло десятую часть вложенного капитала. Эти деньги были первым трудовым доходом фирмы Сикорского, сотрудники и рабочие впервые получили часть зарплаты, но самое главное – перевозка послужила весьма доходчивой рекламой надёжности, грузоподъёмности и вместительности самолёта.

Сикорский и его русская команда сразу получили мировую известность, что послужило неприятным сюрпризом для большевиков. Они не ожидали такого успеха от ненавистного им «царского крестника, черносотенца и… авиационного белогвардейца» – так отозвалась советская пресса на сообщения о возникновении в США «русской фирмы». Имя Сикорского было предано политической анафеме и никогда более не упоминалось в СССР.

«Русская фирма» Сикорского получила много заказов и надежно «встала на крыло». Теперь фирма перебралась из Лонг-Айленда (имение Утгофа), где арендовала помещения, на собственный завод в Стратфорд, близ Бриджпорта (штат Коннектикут), и стала называться «Сикорский Авиэйшн Корпорейшн». Для многих жителей пригорода «русская фирма» стала легендой. Ведь там работали люди по 12–14 часов в сутки, не получая ни цента. При переезде, когда грузовики везли фюзеляжи и прочие самолётные части, чтобы отбуксировать их на новое место, полицейские с большой важностью и старанием сопровождали необычный переезд, перекрывали в нужных местах движение, как будто это был президентский кортеж.

В 20-е годы время тяжелых транспортных самолетов еще не наступило, спроса на них почти не было. Сикорскому пришлось переключиться на легкую авиацию. Сначала появился одномоторный разведчик, затем одномоторный пассажирский, авиетка и двухмоторная амфибия. Все самолеты серии (S-31—S-34) удалось продать. Теперь конструктор вновь стал пытать счастья на тяжелых бипланах. На этот раз они предназначались для перелета через Атлантику. Создателей первого трансокеанского самолета в случае успеха ждала не только мировая слава, но и солидные заказы. Но увы, Сикорского постигла неудача: S-35 разбился при таинственных обстоятельствах в момент старта. А когда был построен следующий гигант, трансатлантический перелет был уже совершен. Этот самолет, как и предыдущие, остался лишь в нескольких экземплярах.

Для развития фирмы требовалось создать машину, пользующуюся широким спросом. Ею стала десятиместная двухмоторная амфибия. Газеты писали, что амфибия S-38 «произвела переворот в авиации», что она летала, приземлялась и приводнялась там, «где раньше бывали только индейские пироги да лодки охотников». О надежности и безопасности амфибии ходили легенды.

Легендарная амфибия S-38 Игоря Сикорского

В июне 1929 г. фирму Сикорского приняли в мощную корпорацию «Юнайтед Эйркрафт энд Транспорт» (ныне «Юнайтед Текнолоджиз»), в составе которой она существует и сегодня. Потеряв самостоятельность, фирма Сикорского получила накануне великой депрессии надежное экономическое обеспечение. Важно отметить, что в 1929 г. на трех из пяти самолетостроительных фирм, входивших в корпорацию («Сикорский», «Хамильтон» и «Чанс-Воут»), главными конструкторами работали «белоэмигранты».