Российские гении авиации первой половины ХХ века

Анализ последних лет показал, что планы всех пятилеток 30-х годов выполнены не были, хотя для участников событий официально утверждалось, что это произошло даже досрочно. Официально за первую пятилетку было построено 1500 фабрик, заводов и иных промышленных объектов, за вторую—4 тысячи таких объектов, за три года третьей пятилетки—2900 объектов. За 30-е годы было ведено в строй около 9 тысяч объектов, но большинство из них было не достроено и годами «функционировало» только на бумаге.

Например, в течение 2 лет не могли наладить производство на Сталинградском тракторном заводе (СТЗ). За это власть отыгралась на многочисленных «красных директорах». В 1937–1938 гг. тысячи их были расстреляны или попали в лагеря. К сороковым годам методом «неестественного отбора» был выкован «тип сталинского директора», готовый выполнять любые, даже самые нереальные приказы начальства, не жалея сил и жизней своих подчиненных.

В качестве примера можно привести судьбу первых трёх директоров СТЗ. Первый директор Василий Иванович Иванов прибыл в Сталинград в октябре 1928 г.: там он увидел лишь голую степь и колышки под фундамент будущего гиганта тракторостроения. Сам Иванов в те дни не вылезал со стройки. Казалось, что от перенапряжения можно свалиться, но он не сдавался. Иванов взял на себя большой риск. Он начал закладывать фундаменты цехов до прибытия машин из Америки. Именно в США он стажировался, изучил английский язык и теперь мог лично вести переговоры с заокеанскими поставщиками. Директор строительства сумел овеять революционной романтикой гигантскую стройку: с невиданным энтузиазмом работали комсомольцы-семитысячники при лютом морозе, монтируя высотные конструкции. К 12 февраля 1930 г. основные цеха были готовы. Из Америки шло оборудование. Монтаж завода превратился в одну победоносную битву. Наконец, летом 1930 г. с конвейера завода сошел первый трактор – подарок XVI съезду партии. Гремели духовые оркестры – это был звездный час В. И. Иванова. За свой подвиг он получил приветственную телеграмму Сталина и орден Ленина. Осенью 1930 г. Иванов заболел, руководить заводом не смог. После выздоровления был направлен в Балхаш, где стал начальником строительства медеплавильного комбината. Первая балхашская медь была получена 24 ноября 1938 г., но к этому времени В. И. Иванова уже не было в живых. За восемь месяцев до этого он был осуждён Военной коллегией Верховного Суда СССР и расстрелян как враг народа. Реабилитирован через 20 лет.

Следующим директором СТЗ с 1933 по 1935 гг. был Илья Иосифович Меламед, который после окончания Ленинградского технологического института работал на руководящих должностях, два года стажировался у Г. Форда. Но несмотря на его богатый инженерный опыт, в 1937 г. был арестован НКВД и через пять месяцев расстрелян за участие в контрреволюционной деятельности, реабилитирован через 19 лет. Директором СТЗ с 1935 по 1937 годы являлся Фокин Валентин Васильевич, выпускник Харьковского Технологического института (1924 г.). Уже в апреле 1938 г. был расстрелян как участник контрреволюционной террористической организации. Реабилитирован в марте 1956 г. Сталинградскому тракторному заводу фатально не везло с руководящими кадрами. ОГПУ и НКВД оправдывали своё существование, исполняя волю партии большевиков. Тридцать четыре человека из правления завода были подвергнуты репрессиям. Ими были директора заводов, главные инженеры, различные руководители отделов и начальники цехов[10].

Репрессии коснулись руководящих работников не только СТЗ, но и другой крупной стройки пятилетки – Уральского машиностроительного завода «Уралмаша», где кроме русских трудились более 300 иностранных специалистов. Анализ документов по истории сталинской индустриализации потрясает: практически все ключевые фигуры исчезали странным образом или оказались врагами народа. Например, первый строитель, директор Уралмаша А. П. Банников (1895–1932)

и главный инженер завода В. Ф. Фидлер (1828–1932), обеспечивавшие успешное продвижение строительства в течение шести лет с начала стройки, странным образом «умерли» во время командировки в Москву в 1932 г., а уже через два года В. Ф. Фидлер был объявлен врагом народа, и его семья репрессирована. Были осуждены и расстреляны их продолжатели – главный инженер Шах-Али Музафаров, главный энергетик В. П. Попов – выпускники Уральского индустриального института, а также десятки других строителей. На Уралмаше действовала сеть информаторов, добровольных подручных соглядатаев ГПУ За теми, кто побывал за границей, вёлся особый надзор. Прежде чем превратить людей в лагерную пыль, их ломали физически и морально, заставляли клеветать на своих товарищей и на самих себя. Люди умирали по непонятным причинам (начальник технического отдела В. П. Верещагин умер в командировке от лихорадки, И. В. Старченко – руководитель сталелитейного цеха – погиб от удара доски).

Состояние приговорённых к расстрелу осуждённых в стихах передал Владимир Миров, проведший долгое время в камере смертников в 30-е годы.