Российское обществоведение: становление, методология, кризис

Этот доклад был полезен как ясное представление проекта принципиальной перестройки межэтнического общежития России. Речь шла об историческом выборе, и нельзя делать вид, что подобные проекты не влияют на мышление и представления политиков и чиновников, не формируют средства культурной и политической поддержки этих планов. В. Глазычев и П. Щедровицкий, под редакцией которых был опубликован данный проект, были известными и влиятельными в экспертном сообществе интеллектуалами.

Игнорирование ограничений во многом вызвано тем, что обществоведение (экономисты, социологи и статистики) неудовлетворительно снабжает хозяйство и общество индикаторами. Используются старые советские или западные показатели, которые в условиях кризиса и трансформации «не работают». С ними не увидишь верный образ реальности.

Вот пример. В качестве основных причин нынешних экономических неурядиц России постоянно упоминается медленный рост производительности труда. Она оценивается по отношению выпуска продукции к среднесписочной численности работников за год и считается фундаментальным индикатором.

Но в ходе реформ в промышленности изменились численность работников и их структура. Численность рабочих снизилась более чем втрое, с 17 млн в 1990 г. до 5,5 млн в 2012 г., а общая численность всех занятых в промышленности сократилась только в 1,6 раза – изменилась структура занятости. Непроизводственный персонал почти сравнялся с «рабочим классом»: в 2012 г. – 4,13 и 5,54 млн человек соответственно (в 1990 г. – 1,8 и 17 млн человек).

Но рабочих стало втрое меньше, а производство за 1991–2013 гг. после двукратного падения восстановлено на 83 %. Значит, производительность труда в промышленности выросла – при общем регрессе промышленного производства (по большинству ключевых показателей: инвестиции, расход энергии, выпуск продукции, подготовка кадров, освоение производства высокотехнологичных видов продукции)! Почему этот важный индекс реформ нигде не фигурирует в качестве достижения последних лет? Напротив, реформаторы сетуют, что производительность труда растет медленнее, чем зарплата.

Разумно предположить, что в особом режиме переходного состояния промышленности привычные для стабильных периоды индикаторы и критерии дают ложное представление о реальности (см. [57]).

Например, чему обязан трехкратный рост производительности в машиностроении, переживающем регресс (рис. 9)? Ведь производство сложной высокотехнологичной техники (станкостроение, авиапром, судостроение и пр.) сворачивается. Может ли «отверточная сборка» (автомобилей, стиральных машин, телевизоров и др.) заменить при оценке эффективности это сложное производство?

Рис. 9. Индексы производительности труда (1) и производства (2) в машиностроении РСФСР и РФ (1990 г. = 1)

Прекрасные результаты по критерию производительности труда (с 1996 г. почти пятикратный рост) демонстрирует легкая промышленность, объем производства которой снизился в 5 раз (рис. 10).

В погоне за эффективностью (нормой прибыли) в промышленности сократились и «поток» производимого, и материально-техническая «база». В доктрину реформы были заложены ложные индикаторы. В капиталистическом производстве считается, что «масса прибыли важнее нормы прибыли».

Выше говорилось о том, что исключительно важная программа «фермеризации» осталась без рефлексии обществоведения. Во многих элементах программы были использованы ошибочные индикаторы и нарушены почти очевидные ограничения. В общем, есть один неумолимый факт, без учета которого всякие проекты «постсоветского фермерства» потерпят неудачу. Фермерское хозяйство как идеальная ячейка капитализма в деревне есть вещь очень дорогостоящая. Оно требует больших субсидий, и на Западе его содержит государство. Это на результатах своей реформы прочувствовал Столыпин.

Рис. 10. Индексы производительности труда (1) и производства (2) в легкой промышленности РСФСР и РФ (1990 г. = 1)

В 1990-е гг. был шанс надстроить на колхозно-совхозную систему сеть фермерских хозяйств, и это было бы большим шагом в модернизации села. Фермерство и начало устраиваться во взаимодействии с угасающими колхозами и совхозами, опираясь на их инфраструктуру и ресурсы (большинство фермеров были до этого специалистами и членами руководства этих предприятий). Инерция этого взаимодействия иссякла, шанс был упущен. Декларируя переход от планового хозяйства к рыночному, реформа создала условия, в которых сельское хозяйство России существенно снизило товарность и отступило к укладу натурального хозяйства как средству выживания – с лопатой и тяпкой на приусадебном участке.

Вообще, если кто-то рассуждает о цели как наивысшей ценности, не указывая на ограничения, то его слова можно принять лишь как поэтическую метафору или как отступление от норм рационального мышления.