Русь: от язычества к православной государственности

Византийский историк Прокопий Кесарийский (между 490 и 507 – после 565), для которого главным принципом исторической истины было личное присутствие и участие в описываемых им событиях, донес до нас уникальные сведения о древних славянах. Он писал, что у славянских племен нет единоначалия, но «племена эти, склавины и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народовластии»[143], когда насущные дела обсуждаются сообща, а затем совместно принимаются решения. У них царит равноправие и справедливое распределение всего, что добывается коллективным трудом. Они живут бедно, в «убогих хижинах», расположенных на расстоянии друг от друга, и часто меняют свои поселения. Тем не менее они говорят на общем языке, который Прокопий называет «варварским». «Да и внешностью они друг от друга ничем не отличаются, ибо все и высоки, и очень сильны, телом же и волосами не слишком светлые и не рыжие, отнюдь не склоняются и к черноте, но все они чуть красноватые. Образ жизни [их] грубый и неприхотливый… они менее всего коварны и злокозненны… они населяют страну, разбросанно расположив свои жилища. Именно поэтому они и занимают неимоверно обширную землю…»[144]

Обратим внимание на фразу Прокопия Кесарийского, что славяне издревле говорили на общем языке. Это подтверждается современными лингвистическими исследованиями. Так, видный лингвист Ф.П. Филин (1908–1982) считает, что древний общеславянский язык был реальной лингвистической единицей. Славянские языки, в отличие от других разобщенных индоевропейских языков, происходили от одного общего языка-предка. Древние исторические сведения греческих и римских авторов представляют славян как группу родственных племен с общеславянским языком, изначально состоявшим из близкородственных диалектов[145].

Это чрезвычайно важный вывод, ибо одной из главных предпосылок образования древнерусского государства был единый общеславянский язык. В государственный период развития славянские племена входили не по воле завоевателей-норманнов, а благодаря общности языка и культуры, единому этническому типу, характеру и ментальности предков. К тому же этническую принадлежность варягов к славянскому миру Повесть временных лет определяет одной фразой: «А словеньский язык и русный одно есть»[146].

Важнейшие сведения о древних славянах содержатся в выдающемся памятнике византийской литературы – «Стратегиконе», автором которого ныне считается император Маврикий (539–602). Этот уникальный исторический источник заслуживает того, чтобы привести из него яркую и обширную выдержку о славянских племенах. «Племена склавов и антов одинаковы и по образу жизни, и по нравам; свободные, они никоим образом не склонны ни стать рабами, ни повиноваться, особенно в собственной земле. Они многочисленны и выносливы, легко переносят и зной, и стужу, и дождь, и наготу тела, и нехватку пищи. К прибывающим к ним иноземцам добры и дружелюбны, препровожают их поочередно с места на место, куда бы тем ни было нужно; так что если гостю по беспечности принявшего причинен вред, против него начинает вражду тот, кто привел гостя, почитая отмщение за него священным долгом[147]. <…> Пребывающих у них в плену они не держат в рабстве неопределенное время, как остальные племена, но, определив для них точный срок, предоставляют на их усмотрение: либо они пожелают вернуться домой за некий выкуп, либо останутся там как свободные люди и друзья. У них множество разнообразного скота и злаков, сложенных в скирды, в особенности проса и полбы. Жены же их целомудренны сверх всякой человеческой природы, так что многие из них кончину своих мужей почитают собственной смертью и добровольно удушают себя, не считая жизнью существование во вдовстве. Живут они среди лесов, рек, болот и труднопреодолимых озер, устраивая много, с разных сторон, выходов из своих жилищ из-за обычно настигающих их опасностей…»[148]

Разве не замечателен портрет наших предков – сильных, открытых, великодушных, милосердных? Особо следует отметить такую черту характера славян, как добросердечное отношение к иноплеменникам и пленным, которых славяне принимают в свои общины на добровольных началах и правах свободного человека и товарища. Подобное отношение к представителям других племен и этносов станет фундаментом строительства русским народом полиэтнической Руси, а затем многонациональной России. Свою роль подобное отношение сыграет и во время колонизационного разлива русского народа по просторам Зауралья, Сибири и Дальнего Востока.