Русская история. Авторская концепция против официальной мифологии

В 1929 году Иосиф Сталин опубликовал программную статью «Год великого перелома». Было принято решение от НЭПа отказаться. Причина отказа, в принципе, понятна. Дальнейшее развитие частной инициативы могло вырвать руль управления из рук партии, точнее, из рук ее вождей. (Во второй половине 1920-х годов в деревне стали обсуждать вопрос о создании своей партии – Крестьянского союза.) Но поскольку центральной темой в тоталитарном государстве всегда была и оставалась тема удержания власти, а не роста жизненного уровня граждан и реального развития страны, судьба НЭПа была предрешена.

Добавлю еще один важный фактор, работавший против НЭПа. Запрет на частный бизнес, частное предпринимательство означал, что в сфере экономики у государства исчезает предпоследний конкурент (последний – индивидуальные крестьянские хозяйства; их уничтожение было следующим сталинским шагом). Под лозунгом «Долой эксплуатацию человека человеком» номенклатура превращала всю Россию в свое безраздельное групповое владение-собственность и источник сверхэксплуатации. Уничтожение рынка и конкуренции позволяло партгосаппарату вводить любой, сколь угодно высокий уровень присвоения создаваемого трудящимися национального продукта.

Вслед за публикацией сталинской статьи в стране было проведено вторичное огосударствление всей частной собственности. (Кстати сказать, ни у коллег из Института российской истории РАН, ни в специальной литературе я пока не смог найти развернутый ответ на вопрос, что произошло с нэпманами, с теми активными, деловыми людьми, предпринимателями, которые были способны поднять нашу экономику. Трагическая судьба кулаков – трудолюбивых русских крестьян – хорошо известна, а вот что случилось с непманами, выяснить пока не удалось. Поэтому я поставлю здесь знак вопроса.)

Частный сектор исчез не только из производства, но и из сферы торговли, была сохранена лишь небольшая его часть – кооперативная торговля. Индульгенцию кооператоры получили потому, что СССР входил в международную кооперативную организацию и через нее получал доступ к конвертируемой валюте, а заодно и к политическому влиянию на участников этого вроде бы вовсе не политического объединения.

Сталин хорошо понимал, что отказ от НЭПа приведет к ухудшению экономического положения граждан, а значит, к росту напряжения и общественного недовольства. Поэтому в 1930 году был образован и распахнул свои двери для трудящихся «гостеприимный» ГУЛАГ. По утверждаемому сверху бюджету расходы на содержание одной сторожевой собаки здесь полагались выше, чем расходы на содержание одного заключенного.

Аресты, репрессии, доносительство – явления вроде бы тесно связанные. Но и в этой трагической стороне российской жизни, наступившей в начале 1930-х годов, есть немало мифов и белых пятен. Остановлюсь на мифе о доносительстве и о том, что доносы на врагов народа – чуть ли не национальная черта россиян. В перестроечно-постперестроечной публицистике, скорее всего, с легкой руки члена Политбюро А. Яковлева, контролировавшего протестное демократическое движение в нашей стране, появилось слово «народ-доносчик». Вполголоса и даже с пониманием и сочувствием некоторые ораторы объясняли: «Если миллионы сидели, то и доносили тоже миллионы». Эта сознательная ложь преследует понятную цель: раз уж властям пришлось признать факт массовых преступлений против народа, то вину за происходившее надо свалить на сам народ.

В действительности репрессии 1930-х годов проходили по планам и разнарядкам, присылаемым из центра. Региональные управления НКВД получали шифротелеграммы: «К такому-то сроку вы обязаны арестовать такое-то количество японских шпионов». После чего запускалась машина террора, и план выполнялся, а нередко и перевыполнялся. По данным центра «Мемориал», 94 % заключенных попадали в лагеря по решению карательных органов и только 6 % – по инициативе деморализованных граждан. Немногие инициативщики просто мешали работе чекистов, на что последние нередко жаловались.

Механизм репрессий ударил, конечно, не только по экономике. К середине 1930-х годов властям удалось взять под контроль почти всю творческую жизнь страны. Были созданы так называемые творческие союзы – Союз писателей, Союз композиторов, Союз художников и т. д., члены которых попали под полный государственно-идеологический контроль. Руководство союзов, в которое входили и представители спецслужб, тщательно следило за тем, чтобы творческие работники действовали в полном соответствии с линией партии. Те же, кому отказывали в доверии, кого в Союз не принимали или из Союза исключали, лишались права публиковать свои книги, выставлять свои картины и, значит, теряли возможность зарабатывать на жизнь своим творчеством… (Союз писателей СССР был создан в 1934 году на I съезде писателей СССР, организован в соответствии с постановлением ЦК ВКП(б) от 23 апреля 1932 года. Позднее был создан ордена Ленина Союз композиторов СССР и т. д.)