Русская история: мифы и факты

Шибанов погиб в застенке, славя Курбского и прося Бога его простить. Предсмертными словами Василия была молитва за царя и за Родину: «За грозного, Боже, царя я молюсь, || За нашу святую, великую Русь, || И твёрдо жду смерти желанной!» || Так умер Шибанов, стремянный». Те же чувства, что Толстой, испытывал к подвигу Шибанова Ф.М. Достоевский. В статье «Пушкин, Лермонтов и Некрасов», опубликованной в «Дневнике писателя» от декабря 1877 г., говоря об отнюдь не рабском характере русского народа, он приводит версию рассказа о Шибанове, близкую балладе Толстого. Внутреннее достоинство подобного раба, по словам Достоевского, воспел и Лермонтов в «Песне о купце Калашникове». Эти образы Достоевский рассматривает в единстве русского народного характера:

«Помните ли вы, господа, "раба Шибанова"? Раб Шибанов был раб князя Курбского, русского эмигранта 16-го столетия, писавшего всё к тому же царю Ивану свои оппозиционные... письма из-за границы, где он безопасно приютился. Написав одно письмо, он призвал раба своего Шибанова и велел ему письмо снести в Москву и отдать царю лично. Так и сделал раб Шибанов. На Кремлевской площади он остановил выходившего из собора царя... и подал ему послание... Царь поднял жезл свой с острым наконечником, с размаху вонзил его в ногу Шибанова, оперся на жезл и стал читать послание. Шибанов с проколотой ногою не шевельнулся. А царь, когда стал потом отвечать письмом князю Курбскому, написал, между прочим: "Устыдися раба твоего Шибанова". Это значило, что он сам устыдился раба Шибанова. Этот образ русского "раба", должно быть, поразил душу Лермонтова. Его Калашников говорит царю без укора, без попрека за Кирибеевича, говорит он, зная про верную казнь, его ожидающую, говорит царю "всю правду истинную", что убил его любимца "вольной волею, а не нехотя"».

Если говорить об отношении Достоевского к Грозному, то оно отличается от отношения А.К. Толстого. Достоевский был способен видеть не только человеческие качества царя — достойные в начале царствования и отвратительные во второй его половине, но и размах государственного мышления Ивана Грозного. Он приводит в пример умеренную и разумную политику Ивана Васильевича после покорения Казани, обеспечившую замиренность, а со временем хозяйственное процветание обширному Поволжскому краю:

«Осада была ужасная... Казанцы защищались как отчаянные, превосходно, упорно, устойчиво, выносливо. Но вот взорвали подкопы и пустили толпы на приступ, — взяли Казань! Что ж, как поступил царь Иван Васильевич, войдя в Казань? Истребил ли ее жителей поголовно, как потом в Великом Новгороде, чтоб и впредь не мешали? Переселил ли казанцев куда-нибудь в степь, в Азию? Ничуть; даже ни одного татарчонка не выселил, всё осталось по-прежнему, и геройские, столь опасные прежде казанцы присмирели навеки. Произошло же это самым простым и сообразным образом: только что овладели городом, как тотчас же и внесли в него икону Божьей Матери и отслужили в Казани молебен... отобрали тщательно оружие у жителей, поставили русское правительство, а царя казанского вывезли куда следовало, — вот и всё; и всё это совершилось в один даже день. Немного спустя — и казанцы начали нам продавать халаты, ещё немного — стали продавать и мыло».

Ещё до появления первой пьесы трилогии А.К. Толстого в российской драматургии появились пьесы Л.А. Мея «Царская невеста» (1849) и « Псковитянка» (1860), посвященные временам Грозного. Сюжет «Царской невесты» Мей заимствовал у Карамзина, собравшего летописи о третьей женитьбе Ивана IV и смерти его невесты Марфы Собакиной. События пьесы происходят в 1572 г. в Александровской слободе — столице опричнины. В слободу свезли лучших красавиц со всей Руси, чтобы царь выбрал невесту. В их числе Марфа, невеста молодого боярина Лыкова, вместе с женихом надеющаяся, что царский выбор ее минует. Пьеса кончается трагически: Лыкова оговаривают и казнят, а Марфа, которую выбрал царь, сходит с ума, отравленная соперницей. Грозного нет среди действующих лиц, но его присутствие незримо влияет на их судьбы. Н.А. Римский-Корсаков написал по пьесе Мея оперу, до сих пор идущую в Большом театре. Сам композитор считал «Царскую невесту» одним из лучших своих произведений.