Русская история: мифы и факты

В конце XV в. в Московской митрополии сложилось два религиозных течения — нестяжатели и иосифляне (осифляне). Нестяжатели выступали против «стяжания» церковью земель и другого имущества. Начало движению положил Нил Сорский (1433—1508), проповедовавший для монахов отказ от монастырских угодий и бедность. После его смерти отказ от владения монастырскими землями проповедовал Вассиан Патрикеев. Его полемика с иосифлянами завершилась осуждением нестяжателей на церковном соборе (1531).

Идейным противником Нила Сорского был Иосиф Волоцкий (1439—1515), игумен Свято-Успенского Волоколамского монастыря. Иосиф и его сторонники — иосифляне выступили против ликвидации монастырского землевладения, полагая, что только богатые, процветающие монастыри способны помогать бедным и дать образование монахам. Иосифляне сделали очень многое для сакрализации самодержавной власти и для обоснования вселенского значения Русского государства, ставшего оплотом православия после гибели Византии.

Начало самодержавия. Сложение Руси в единое царство сопровождалось переходом к самодержавию. Уже Иван III стал именоваться «Иоанном, божьей милостью государем всея Руси». К этому титулу он начал прибавлять названия земель, подвластных Русскому государству: «Государь всея Руси и великий князь Владимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Пермский, и Югорский, и Болгарский и иных». Этой традиции в дальнейшем следовали все русские цари. Иван III и Василий III всячески возвеличивали статус «государей всея Руси». Они усложнили придворный церемониал, выходили на приемы величавой и степенной поступью, поощряли, когда князья и бояре, обращаясь к ним, называли себя слугами, а служилые люди — холопами. Великие князья смиряли оппозицию в Боярской думе и нередко вступали в противоречия с митрополитами и настоятелями монастырей, пытавшимися отстоять симфонию священства и царства, т. е. равновеликое значение духовной и светской власти в жизни России.

Среди духовенства возвеличение самодержавия поддерживали иосифляне. В «Послании Василию III о еретиках» Иосиф Волоцкий указывал, что власть российского государя дана от Бога: «...занежа, государь, от вышнея Божия десница поставлен еси самодержец и государь всея Руси». Это не значит, что иосифляне стремились подчинить церковь власти великого князя, как нередко трактуют их высказывания. Напротив, они рассчитывали влиять на решения великих князей, что случалось при жизни Ивана III и Василия III, и не предвидели, что Иван IV захочет стать над церковью. Тогда произойдёт трагический конфликт, закончившийся гибелью митрополита Филиппа. Но в момент становления российской государственности подобный исход казался немыслимым и усилия русских духовенства были направлены на укрепление престижа правителей Руси.

В первой половине XVI в. складывается мифология о кесарском происхождении Великих князей Московских[112]. Начало положило «Послание о Мономаховом венце», составленное около 1503 г. старцем Спиридоном (известным также под именем Савва). Спиридон, поставленный митрополитом Киевским в Константинополе «по мзде... повелением турскаго царя» и низложенный в Литве, бежал в Москву, где за очередные интриги (за резвость его звали Сатаной) был сослан в Ферапонтов монастырь. Там этот 90-летний старец по поручению некоего высокого лица написал «Послание о Мономаховом венце». В нём утверждается, что русские князья Рюрикова рода происходят от Пруса — брата «Августа кесаря римска», давшего Прусу царство у моря на берегах Вислы и Немана: «...и оттоль... зоветься Прусьская земля».

По прошествии времени, повествует «Послание», воевода Гостомысл с новгородцами приглашают из Прусской земли князя Рюрика «от рода римъскаго Августа царя». Рюрик приезжает в «Великий Новградъ» и начинает княжить. Владимир, крестивший Русь, был четвертым коленом от Рюрика, а его правнуком был князь Владимир Всеволодович. По обычаю предков, он сделал набег на «Цариграда области», но боголюбивый царь Константин Мономах посылает князю животворящий крест от древа, на котором распят был Христос, венец царский, чашу сердоликовую, из которой Август, кесарь римский, пил с веселием, и многие иные дары, вместе с царским посланием:

«Прийми от насъ, о боголюбивый благоверный княже, сиа честныа дарове, иже от начатка вечных лет твоего родьства и поколенья царьский жребиий, на славу и честь и на венчание твоего волнаго и самодержавнаго царствиа. ...мы от твоего благородна просим мира и любве... и все православие в покои пребудет под сущею властью нашего царства и твоего волнаго самодержавъства великиа Русиа, яко да нарицаешися отселе боговенчаньный царь... И от того времени княз великий Владимир Всеволодичь наречеся Манамах, царь великиа Русия. И оттоле и доныне тем венцем венчаются царским велиции князи володимерьстии».