Русская история: мифы и факты

«Послания» Феофила дошли до адресата — церковной и светской элиты Русского царства. В среде русского духовенства идеи посланий были популярны до конца XVI столетия. Знали о них и иерархи зарубежных православных церквей. В «Уложенной грамоте об учреждении в России Патриаршего престола...» (1589), составленной в связи с избранием и наречением митрополита Иова патриархом Московским (январь 1589 г.), приведена обращенная к царю Фёдору Иоанновичу речь «Архиепископа Константинополя — Нового Рима и Вселенского Патриарха» Иеремии II, содержащая почти дословное цитирование слов Филофея о Третьем Риме:

«Понежъ убо ветхий Рим падеся Аполинариевою ересью, Вто-рый же Рим, иже есть Костянтинополь, агарянскими внуцы — от безбожных турок — обладаем; твое же, о благочестивый царю, Великое Росийское царствие, Третей Рим, благочестием всех превзыде, и вся благочестивая царствие в твое во едино собрася, и ты един под небесем христьянский царь именуешись во всей вселенней, во всех христианех».

После избрания патриарха Московского идеи Филофея перестали быть востребованы. Послания псковского старца осели в архиве. Остался лишь след в московском градостроительстве XVI—XVII вв.: в столице Третьего Рима появились элементы двух первых. В Москве отыскали семь холмов — ведь на семи холмах стояли Рим Первый и Рим Второй. В треугольном Кремле возвели по принципу Roma quadrata квадратные в плане царские палаты. Построили Белый Царёв город с семиверховой башней над Черторыем (как в Царьграде — Гептапиргий) и все правительственные здания Москвы увенчали двуглавыми византийскими орлами. Но о концепции Феофила не вспоминали. Два столетия о Третьем Риме ничего не говорится ни в церковных писаниях, ни в обширной дипломатической переписке. Третий Рим не стал национальным мифом не только для народа, но и для духовенства.

6.2. Миф «Москва — Третий Рим»

Рождение мифа «Москва — Третий Рим». После долгого забвения об идеях старца Филофея вспомнили во второй половине XIX в. В 1846 г. в первом томе «Дополнений к актам историческим» было опубликовано его «Послание о злых днехъ и часехъ». В конце 50-х — начале 60-х гг. XIX в. послания Филофея или выдержки из них стали периодически появляться в «Православном собеседнике». На идеи Филофея обратили внимание. Именно тогда сложился звонкий лозунг: «Москва — Третий Рим». Его автором, по всей видимости, является известный русский историк С.М. Соловьёв. В третьей главе части 2 тома V «Истории России», опубликованном в 1856 г., Соловьёв пишет, что Филофей в послании Мисюрю Мунехину «...касается значения Московского государства: два Рима пали, третий есть Москва, четвертому не быть». Подобная трактовка была принята другими русскими историками второй половины XIX — начала XX в. В.О. Ключевский в «Курсе русской истории» (1902) как само собой разумеющееся отмечает: «Филофей едва ли высказывал только свои личные мысли, когда писал отцу Грозного, что все христианские царства сошлись в одном его царстве, что во всей поднебесной один он православный государь, что Москва — третий и последний Рим».

Следует иметь в виду, что русские монархи XV—XVII вв. называли себя государями Руси, или Русии. Уже Иван III именовал себя «Государь всея Руси, великий князь Владимирский, и Московский, и Новгородский» и т.д., упоминая Московское княжество даже не на втором месте. Московией называли Россию поляки в переписке с европейскими державами. Жак Маржерет, служивший наёмником в России с 1600 по 1606 г., разъясняет неизвестные европейцам подробности:

«...ошибочно называть их московитами, а не русскими, как делаем не только мы, живущие в отдалении, но и более близкие их соседи. Сами они, когда их спрашивают, какой они нации, отвечают: Russac, т. е. русские, а если их спрашивают откуда они отвечают: is Moscova — из Москвы, Вологды, Рязани или других городов. Также сокращенный титул их государя — Zar Hospodar у Veliquei knes N. fsia Russia, что следует, собственно, понимать, как «король, господин и великий князь нас, всех русских» или «всей России», можно понимать и так; но не московитов или Московии».

Используя название «Москва» для обозначения не только города, но и русского государства, наши историки невольно пошли на поводу у польской историографии, отрицавшей преемственность России от Киевской Руси. Впрочем, тогда никто не мог предвидеть, что в конце XX в. Россия будет отброшена к границам царства Бориса Годунова. Сейчас на Украине и в Беларуси термины «Московия», «Москва» и «Московское царство» используют в построениях об изначальной нерусскости России.