«Русская река»: Речные пути Восточной Европы в античной и средневековой географии

Снорри рассказывает, как скандинавы, приплывшие в Бьярмаланд, остановились в некоем торговом месте (kaupstaðr), а по окончании торга поплыли прочь (út) по реке Вине и вышли в море (til hafs út); задумав ограбить капище местного божества, они сошли на берег (gengu á land upp) и шли сначала равниной, а затем большими лесами; спасаясь бегством от охранявших капище бьярмов, они поставили парус, корабль их быстро вышел в море (gekk skipit brátt út á hafit), и поплыли они по Гандвику (yfir Gandvík).[649] Детали, содержащиеся в сагах о древних временах, более конкретны: в «Саге о Хальви» появляется Vínumynni «устье Вины»;[650] «Сага о Боси» дает название лесу – Vнnuskógr «Винский лес»;[651] в «Саге о Стурлауге» возникает при плавании «вверх по реке Вине» (framan at ánni Vнnu) равнина, расположенная fyrir vestan ána «к западу от реки»;[652] наконец, «Сага об Одде Стреле» говорит о том, что «в реке (Вине) лежит много островов» (eyjar liggja margar ί άnni) и что приплывшие в Вину скандинавы «встали на якорь у того мыса, который выдавался из суши» (þeir kasta akkerum undir nesi einu, þat gekk af meginlandi).[653] Из сравнения королевских саг и саг о древних временах можно заключить, что расширение сюжетов достигается в этих последних как при помощи усиления сказочных деталей, так и посредством уточнения и введения в текст реальных географических знаний, отсутствующих в традиции королевских саг. Впрочем, трудно сказать, какие дополнительные реальные сведения о реке Vína привнесены авторами саг о древних временах, и привнесены ли вообще.

Dýna (Западная Двина)

Считается, что единственная восточноевропейская река, названная в рунических надписях на мемориальных стелах, это Dýna.

Выражение austR. i. tuna. asu было зафиксировано в рунической надписи XI в. на не сохранившемся до нашего времени камне из Бёнестада (Bönestad) (Sц 121). С. Бюгге предположил наличие ошибок в словах tuna и asu. К первому он добавил конечное R, а во втором произвел перестановку гласных. Такая конъектура позволила ему получить (вместо бессмысленного словосочетания) чтение austr ί Duna ósa «на востоке в устье Двины» (ósa – Д. п. от óss «устье»). Э. Брате увидел в первом слове Р. п. мужского имени Тип(п)е, а относительно второго предположил (по аналогии с i. ikuars. Ιiþί «в войске Ингвара»), что это – Д. п. какого—то специального термина для обозначения военного отряда. Впрочем, он и сам подчеркнул, что такого слова в древнескандинавских языках нет. Тем не менее, по утверждению Е. А. Мельниковой, «как более обоснованная, всеми исследователями была принята интерпретация Бюгге».[654] Недавно проведенный пересмотр этого материала эстонской исследовательницей К. Цильмер не позволил ей принять ни то, ни другое толкование словосочетания i. tuna. asu.[655] Так что, в свете ее исследований, принадлежность Западной Двины ранней этногеографической традиции оказывается под вопросом.

Река Dýna упоминается в героической скальдической песни XII в. «Krákumál»,[656] а также в исландском географическом трактате (см. ниже), в скальдической туле (см. ниже) и в «Саге о Хрольве Пешеходе» (записанной в начале XIV в. саге о древних временах), где утверждается, что «эта река – третья или четвертая по величине на земле».[657]

В «Krákumál» Рагнар Лодброк воспевает перед смертью свои подвиги и среди прочего утверждает: «Мы победили восемь ярлов на востоке от устья Дюны». По поводу этих слов В. А. Брим замечает, что «вероятно, исторический Рагнар сам и не был героем упомянутых в этой фразе событий, но для нас здесь важно только указание на какие—то скандинавские экспедиции по Западной Двине».[658]

* * *

В географических сочинениях XII–XIV вв., принадлежащих ко второй традиции, объем сведений о Восточной Европе сильно увеличивается. Детальный анализ исландских географических трактатов, проведенный Е. А. Мельниковой, выявил, что они сохранили картину Восточной Европы X – начала XII в., т. е. до татаро—монгольского нашествия, до образования Литовского государства, до завоевания Орденом прибалтийских земель.[659]

Исландский географический трактат под названием «Великие реки», датируемый по древнейшей рукописи временем не позднее начала XIV в., содержит, среди прочего, следующий текст: