Читаем Русские народные сказки полностью

Воротился домой и говорит братьям: «Все купил, братики!» — «Спасибо, дурак, да где ж у тебя закупки-то?» — «А стол-от бежит, да, знать, отстал; из блюд сестрицы кушают, горшки да корчаги ребятам в лесу на головы понадевал, солью воду лошади посолил, а ложки дразнятся — так я их на дороге бросил». — «Ступай, дурак, поскорее! Собери все, что разбросал по дороге».

Иванушка пошел в лес, снял с обгорелых пней корчаги, повышибал у них днища, надел на батог с дюжину всяких, и больших и малых, и несет домой. Увидели братья и отколотили его. А потом поехали сами в город за покупками, дурака же оставили домовничать.

Вот сидит дурак дома и слышит: пиво в кадке так и бродит, так и бродит. «Пиво, не броди! Дурака не дразни!» — говорит Иванушка. А пиво не слушается; взял он да и выпустил пиво из кадки, сам же сел в корыто, по избе разъезжает да песенки распевает.

Приехали братья, увидели это и крепко осерчали. Схватили Иванушку, зашили в куль и потащили к реке. Положили куль на берегу, а сами пошли прорубь осматривать.

На ту пору ехал мимо барин на тройке бурых коней. А Иванушка ну кричать: «Садят меня на воеводство судить да рядить, а я ни судить, ни рядить не умею!» — «Постой, дурак, — сказал барин, — я умею и судить и рядить, вылезай из куля!»

Иванушка вылез из куля, зашил вместо себя барина, а сам сел в его повозку и уехал. Пришли братья, спустили куль под лед и слушают, а в воде так и буркает. «Знать, бурку ловит!» — проговорили братья и побрели домой.

А навстречу им, откуда ни возьмись, едет на тройке Иванушка, едет да прихвастывает: «Вот каких поймал я лошадушек! А еще остался там сивко — такой славный!»

Завидно стало братьям, говорят дураку: «Зашивай теперь нас в куль да спускай поскорей в прорубь! Не уйдет от нас сивко!»

Опустил их Иванушка-дурачок в прорубь и проехал домой пиво допивать да братьев поминать…

Был у Иванушки колодец, в колодце рыба елец, а моей сказке конец.


98. Золотой топор


Жили два брата: один бедный, другой богатый. Раз пошел бедный брат в лес по дрова и стал рубить их у самой речки. Рубил, рубил — топор в воду упал. Сел он и залился горькими слезами. Вдруг появился старик — с белой бородой. «Что случилось?» — спросил он.

Рассказал мужик ему про свое горе. Старичок вошел в воду и вытащил золотой топор. Спрашивает: «Это твой топор? Мужик отвечает: «Нет, не мой». Тогда старичок достал из воды его топор и отдал ему. Тот обрадовался: «Как же тебя отблагодарить? В гости позвать стыдно: угостить нечем». Старичок засмеялся: «Не надо мне твоей благодарности! Лучше иди домой, тебя жена ждет.»

И исчез так же, как появился.

Приходит домой мужик — и глазам своим не верит: стоит вместо старой избушки новый красивый дом. А жена-то, жена — такая уж радостная; на стол ужин подает!

И стал бедняк богаче брата. А тот тут как тут, расспрашивает, как все случилось. Мужик рассказал, но про золотой топор промолчал.

Побежал богатый брат к речке, бросил в нее топор и завыл на весь лес. Явился к нему тот же старичок, достал золотой топор и спрашивает: «Это твой топор?» Богач закричал: «Мой, мой, давай сюда!» Старик отдал ему топор и исчез — ни слова не сказал.

Бросился богач домой. Бежит, бежит, а лес все гуще, все темнее становится. Настала ночь. И понял он, что заблудился. Лег под дерево, положил золотой топор под голову, решил: утро вечера мудренее. А утром проснулся — лежит у своего дома, и рядом его топор.

Только не золотой, а железный…


99. Лгало и Подлыгало


Были такие два лгуна — Лгало и Подлыгало. Один лжет, другой подлыгает. Так только и жили. Работать не любили, а враньем деньги добывали. Пойдут в деревню, один в одну избу, а другой в другую, и врут.

Зашли раз Лгало да Подлыгало в деревню, один в одной избе остановился, другой — в другой, будто рассердились дорогой. Сидит Лгало в избе, а изба у мужика новая. Лгало и начал избу хвалить, а хозяин рад. «Да, — говорит, — изба добрая, такого лесу теперь нигде не найдешь!» — «Нет! — говорит Лгало, — можно найти!» — «А я говорю: нельзя». — «А я говорю: можно!» — «Давай поспорим на сто рублей!» — «Давай!»

Поспорили. «Шел раз я, — говорит Лгало, — по деревне, и везли из лесу одно бревно — три дня везли, а только корень вывезли. Вот это дерево!» — «Да ты лжешь», — говорит мужик. «Коли мне не веришь, так позови моего товарища. Хоть мы с ним поссорились, а солгать не даст!» — «А где он?» — «Да вон в избе!»

Привели Подлыгало. «Правду ли твой товарищ про дерево рассказывает, будто три дня из лесу везли бревно и только корень вывезли?» — «Нет, что не видал, то не видал, и лгать не буду! А вот дом видать-видывал: из одного дерева выстроен. Как зашел в него, ходил-ходил и заблудился. Насилу люди вывели!»

Видит мужик, что не лгал Лгало, и отдал им сто рублей. Разделили они деньги поровну и в другую деревню пошли. Пришли, один в одну избу пошел, другой — в другую, будто поссорились.

Перейти на страницу:

Все книги серии Школьная библиотека (Детская литература)

Возмездие
Возмездие

Музыка Блока, родившаяся на рубеже двух эпох, вобрала в себя и приятие страшного мира с его мученьями и гибелью, и зачарованность странным миром, «закутанным в цветной туман». С нею явились неизбывная отзывчивость и небывалая ответственность поэта, восприимчивость к мировой боли, предвосхищение катастрофы, предчувствие неизбежного возмездия. Александр Блок — откровение для многих читательских поколений.«Самое удобное измерять наш символизм градусами поэзии Блока. Это живая ртуть, у него и тепло и холодно, а там всегда жарко. Блок развивался нормально — из мальчика, начитавшегося Соловьева и Фета, он стал русским романтиком, умудренным германскими и английскими братьями, и, наконец, русским поэтом, который осуществил заветную мечту Пушкина — в просвещении стать с веком наравне.Блоком мы измеряли прошлое, как землемер разграфляет тонкой сеткой на участки необозримые поля. Через Блока мы видели и Пушкина, и Гете, и Боратынского, и Новалиса, но в новом порядке, ибо все они предстали нам как притоки несущейся вдаль русской поэзии, единой и не оскудевающей в вечном движении.»Осип Мандельштам

Александр Александрович Блок , Александр Блок

Кино / Проза / Русская классическая проза / Прочее / Современная проза

Похожие книги

Висрамиани
Висрамиани

«Висрамиани» имеет свою многовековую историю. Тема волнующей любви Вис и Рамина нашла свое выражение в литературах Востока, особенно в персидской поэзии, а затем стала источником грузинского романа в прозе «Висрамиани», написанного выдающимся поэтом Грузии Саргисом Тмогвели (конец XII века). Язык романа оригинален и классически совершенен.Популярность романтической истории Вис и Рамина все более усиливалась на протяжении веков. Их имена упоминались знаменитыми грузинскими одописцами XII века Шавтели и Чахрухадзе. Вис и Рамин дважды упоминаются в «Картлис цховреба» («Летопись Грузии»); Шота Руставели трижды ссылается на них в своей гениальной поэме.Любовь понимается автором, как всепоглощающая страсть. «Кто не влюблен, — провозглашает он, — тот не человек». Силой художественного слова автор старается воздействовать на читателя, вызвать сочувствие к жертвам всепоглощающей любви. Автор считает безнравственным, противоестественным поступок старого царя Моабада, женившегося на молодой Вис и омрачившего ее жизнь. Страстная любовь Вис к красавцу Рамину является естественным следствием ее глубокой ненависти к старику Моабаду, ее протеста против брака с ним. Такова концепция произведения.Увлечение этим романом в Грузии характерно не только для средневековья. Несмотря на гибель рукописей «Висрамиани» в эпоху монгольского нашествия, все же до нас дошли в целости и сохранности списки XVII и XVIII веков, ведущие свое происхождение от ранних рукописей «Висрамиани». Они хранятся в Институте рукописей Академии наук Грузинской ССР.В результате разыскания и восстановления списков имена Вис и Рамин снова ожили.Настоящий перевод сделан С. Иорданишвили с грузинского академического издания «Висрамиани», выпущенного в 1938 году и явившегося итогом большой работы грузинских ученых по критическому изучению и установлению по рукописям XVII–XVIII веков канонического текста. Этот перевод впервые был издан нашим издательством в 1949 году под редакцией академика Академии наук Грузинской ССР К. Кекелидзе и воспроизводится без изменений. Вместе с тем издательство намечает выпуск академического издания «Висрамиани», снабженного научным комментарием.

Саргис Тмогвели

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги