Читаем Русские народные сказки полностью

Стала березка вверх расти. Росла, росла и выросла под самые облака. Надумал я по ней влезть на небо. Влез на облака, походил, посмотрел — нет ничего! Надумал я назад спускаться — глядь, а кобылу-то мою дедушка увел поить. И не по чему спускаться. Стал я на облаках проживать, голодом голодовать. Завелися с той худобы блохи немалые. Стал я блох ловить, да шкуры с них сдирать, да веревку вить.

Свил веревку длинную! Привязал одним концом к облакам и стал спускаться. На ту беду мне веревки не хватило. Ну, я сверху срежу, снизу наставлю. И все-таки веревки не хватает! Я сижу, не тужу, по сторонам гляжу. Смотрю — мужик овес веет, а полова[122] вверх летит.

Вот я стал полову ловить да веревку вить. Вил, вил и мертвую крысу завил. А она ни с того, ни с сего ожила, веревку перегрызла. Ну, и полетел я в болото, по самый рот ушел.

Хотел воды напиться — шеи не нагнуть. Прибежала лисица, на моей голове гнездо свила, семерых лисенят принесла. Шел мимо волк, лисенят уволок. Да я ему тут за хвост вцепился, вцепился да и крикнул: «Утю-лю-лю…» Волк меня и вытащил из болота. Вышел я из болота голодный-преголодный. Смотрю: в дупле жареные перепелята сидят. Хотел руку просунуть — не лезет! Влез сам, наелся, растолстел — оттуда никак не вылезти! Сбегал домой за топором, прорубил дупло пошире — выкарабкался!..

Пошел за сине море, где скот нипочем. За муху с мушонком дают корову с теленком, за больших оводов — больших быков. Вот я наловил мух да мушат три куля, наменял быков да коров три табуна. Пригнал к синему морю и давай горевать: как стадо домой гнать? Вплавь пускать? — половина перетонет. Корабли нанять? — дорого возьмут. Вот я схватил одну корову за хвост да на ту сторону и швырнул: раза два на лету перевернулась, так в ту сторону носом и уткнулась.

Перешвырнул я все три табуна, остался один бык бурый, большущий. Вот окрутил я хвост вокруг руки, собрался с силой, развернулся — да как пустил! На ту сторону вместе с быком и перелетел. И ненароком попал в самую преисподнюю, где черти живут. И три года у них все навоз возил, и все на твоем дедушке!

А старик и говорит: «Не может быть, чтоб на моем дедушке!» — «Может — не может, а плати сто рублей: не любо — не слушай, а врать не мешай!»

Получил он сто рублей, получил и огонек. Пришел к братьям, сварили они ужин, поели и спать легли…

И теперь еще спят.



Словарь

А

али, аль — или.

алтарь —

восточная часть церкви, отделенная от общего помещения иконостасом.

алтын — старинная монета в три копейки.

амвон — возвышенная площадка в церкви перед так называемыми царскими вратами.

армяк — крестьянская верхняя одежда из толстого сукна.

архиерей — общее название высших чинов духовенства (епископа, архиепископа, митрополита).


Б

байты баять — говорить, рассказывать.

байка — сказка.

байна — баня.

барыш — прибыль, выгода.

батожок — палка, прут.

бёрдо — гребень, являющийся одной из основных частей старинного ткацкого станка.

бирюк — волк-одиночка.

большак — здесь: старший брат.

буерак

— небольшой овраг, размытая ложбина.

бурак — цилиндрический сосуд из бересты

бурмистр — при крепостном праве: староста, назначенный помещиком.


В

веретье — грубая ткань, употребляемая на подстилку, на мешок и т.д.

верея — столб, на который навешивается створка ворот.

верста — мера длины, равная 1,06 км.

вертеп — здесь: пещера, подземелье.

вершок — мера длины, равная 4,4 см.

весьма — очень.

вечерня — вечерняя церковная служба.

виноватая — извилистая.

волость — в Древней Руси: территория, подчиненная одной власти, преимущественно княжеской; в дореволюционной России и в СССР до 1929 г. — низшая административно-территориальная единица (часть уезда).


Г

горазд — умелый, ловкий.

горлица — голубка.

горшеня — горшечник.

гривна — древнерусская денежная единица, представляющая собой серебряный слиток весом около фунта; десять копеек.

губерния — в России с начала XVIII в. и в СССР до 1929г. основная административно-территориальная единица.

гумно — место для молотьбы, а также сарай для хранения снопов.


Д

десятский — в дореволюционной России: помощник старосты.

доселе, доселева — до сих пор.

дражайший — дорогой, любимый.

дроги — длинная повозка без кузова.

духовник — священник, постоянно принимающий исповедь у кого либо (по церковному обряду).

дьякон — помощник священника при совершении церковной службы.

дьячок —

низший церковный служитель.

дюжина — двенадцать штук (в счете однородных предметов).


Е

един — один.

ежели — если.

елевы — еловые.

елей — оливковое масло, употребляемое в церковном обиходе.


Ж

живот — здесь: животина, домашнее животное; жизнь.

жо́лна — большой черный дятел.

жужелица — ночной жук.


3

загнётка — предпечье, место в русской печи, куда сгребается жар, угли.

заговеться — здесь: поесть рыбы, ухи в последний раз.

Перейти на страницу:

Все книги серии Школьная библиотека (Детская литература)

Возмездие
Возмездие

Музыка Блока, родившаяся на рубеже двух эпох, вобрала в себя и приятие страшного мира с его мученьями и гибелью, и зачарованность странным миром, «закутанным в цветной туман». С нею явились неизбывная отзывчивость и небывалая ответственность поэта, восприимчивость к мировой боли, предвосхищение катастрофы, предчувствие неизбежного возмездия. Александр Блок — откровение для многих читательских поколений.«Самое удобное измерять наш символизм градусами поэзии Блока. Это живая ртуть, у него и тепло и холодно, а там всегда жарко. Блок развивался нормально — из мальчика, начитавшегося Соловьева и Фета, он стал русским романтиком, умудренным германскими и английскими братьями, и, наконец, русским поэтом, который осуществил заветную мечту Пушкина — в просвещении стать с веком наравне.Блоком мы измеряли прошлое, как землемер разграфляет тонкой сеткой на участки необозримые поля. Через Блока мы видели и Пушкина, и Гете, и Боратынского, и Новалиса, но в новом порядке, ибо все они предстали нам как притоки несущейся вдаль русской поэзии, единой и не оскудевающей в вечном движении.»Осип Мандельштам

Александр Александрович Блок , Александр Блок

Кино / Проза / Русская классическая проза / Прочее / Современная проза

Похожие книги

Висрамиани
Висрамиани

«Висрамиани» имеет свою многовековую историю. Тема волнующей любви Вис и Рамина нашла свое выражение в литературах Востока, особенно в персидской поэзии, а затем стала источником грузинского романа в прозе «Висрамиани», написанного выдающимся поэтом Грузии Саргисом Тмогвели (конец XII века). Язык романа оригинален и классически совершенен.Популярность романтической истории Вис и Рамина все более усиливалась на протяжении веков. Их имена упоминались знаменитыми грузинскими одописцами XII века Шавтели и Чахрухадзе. Вис и Рамин дважды упоминаются в «Картлис цховреба» («Летопись Грузии»); Шота Руставели трижды ссылается на них в своей гениальной поэме.Любовь понимается автором, как всепоглощающая страсть. «Кто не влюблен, — провозглашает он, — тот не человек». Силой художественного слова автор старается воздействовать на читателя, вызвать сочувствие к жертвам всепоглощающей любви. Автор считает безнравственным, противоестественным поступок старого царя Моабада, женившегося на молодой Вис и омрачившего ее жизнь. Страстная любовь Вис к красавцу Рамину является естественным следствием ее глубокой ненависти к старику Моабаду, ее протеста против брака с ним. Такова концепция произведения.Увлечение этим романом в Грузии характерно не только для средневековья. Несмотря на гибель рукописей «Висрамиани» в эпоху монгольского нашествия, все же до нас дошли в целости и сохранности списки XVII и XVIII веков, ведущие свое происхождение от ранних рукописей «Висрамиани». Они хранятся в Институте рукописей Академии наук Грузинской ССР.В результате разыскания и восстановления списков имена Вис и Рамин снова ожили.Настоящий перевод сделан С. Иорданишвили с грузинского академического издания «Висрамиани», выпущенного в 1938 году и явившегося итогом большой работы грузинских ученых по критическому изучению и установлению по рукописям XVII–XVIII веков канонического текста. Этот перевод впервые был издан нашим издательством в 1949 году под редакцией академика Академии наук Грузинской ССР К. Кекелидзе и воспроизводится без изменений. Вместе с тем издательство намечает выпуск академического издания «Висрамиани», снабженного научным комментарием.

Саргис Тмогвели

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги