Русский Порт-Артур в 1904 году. История военной повседневности

Так, пошитое по прусским и французским образцам, к 1904 г. отнюдь не все обмундирование японской армии было цвета хаки. Во время войны довольно долго, особенно в тыловых подразделениях, сохранялся темно-синий цвет для мундира и черный для бриджей. Японцам, как и русским, лишь опыт войны показал, насколько темные мундиры непригодны. В целях маскировки японскими солдатами на фронте на обычные кителя надевались куртки цвета хаки. Многие японцы выворачивали шинели подкладкой наружу. Либо на все обмундирование накидывался сверху обычный холщевый мешок с прорезями для головы и рук. Очень часто японские солдаты носили особую куртку из козьего меха, мехом наружу. На ноги надевали шерстяные носки, башмаки со шнуровкой, белые или цвета хаки гамаши. Башлыки в японской армии были того же образца и сделаны из того же материала, что и русские. Заметим, что по многочисленным свидетельствам, японцы не выносили европейской обуви. В полевых условиях солдаты и офицеры носили туфли и сандалии.

Во время длительного пребывания на позициях большая часть снаряжения японского солдата лежала в окопе. На передовой каждый носил то, что он считал удобным.

Питались японские военнослужащие на протяжении всей войны в целом стабильно и качественно. Большую часть своего денежного рациона они тратили на бытовые нужды. Рядовой японской армии при полном казенном довольствии получал 6 йен в день. Это составляло примерно 6 североамериканских центов. Деньги тратились на открытки, дешевые сувениры, пиво, вино, сладости, другие мелочи. Все это можно было приобрести в китайских лавочках по обе стороны линии фронта. Главной статьей расходов японского солдата были папиросы. Они продавались пачками по 25 штук в каждой. Пачка стоила от 6 до 8 центов, в зависимости от качества табака.

Жалование японского офицера в йенах составляло порядка 470—2572 руб. в год. Офицерам потратить жалование на передовой было практически негде. Более того, как свидетельствовал англичанин Э.А. Бартлетт, лишь когда японцы победителями вошли в город, «они смогли приобретать многие предметы роскоши, вроде шампанского и красного вина, которых за пределами крепости они не могли получить»[576].

Японский дневной паек на одного солдата в действующей армии состоял из 800 г риса, 300 г пшеницы, 400 г свежих овощей и 200 г мясных консервов. Консервы помещались в маленьких жестянках в количестве дневного пайка в каждой. Это было практичнее, чем в русской армии, где большая банка консервов выдавалась в день на трех человек. Кроме того, через день японские солдаты получали дополнительно по 300 г свежего мяса, а два раза в неделю им раздавалось саке, папиросы, сладкое пирожное, пополнялись запасы сахара и чая. В неприкосновенный запас японского солдата дополнительно входили рис, мясные консервы и бисквиты.

Большие потери японская армия понесла от болезни, связанной с ежедневным употреблением вареного риса. Этот недуг получил название «бе́ри-бе́ри». Рис быстро портился в период дождей в Маньчжурии и на Ляодуне. Употребление испорченного риса приводило к заболеванию. Замеченная вовремя, эта болезнь не была опасна для жизни. В запущенной стадии она часто приводила к смерти. У больного медленно наступал пералич нижних конечностей, после чего следовал разрыв сердца. Оказываясь в силу специфики национальной кухни частыми жертвами «бе́ри-бе́ри», японцы стремились заменить в своем рационе рис картофелем.

Близ Порт-Артура в начальный период осады японская армия размещалась в уцелевших китайских деревнях и в палатках. Затем были оборудованы надежные блиндажи на передовых позициях. Одно из таких убежищ описывает американский корреспондент Г. Кеннан: «Нас привели в блиндированный каземат. Его потолок всего на три фута (около девяноста сантиметров) выше земляного пола, так, что трудно даже сидеть. Свет проникал через узкую горизонтальную щель. На полулежало много спящих солдат, не проснувшихся, даже когда мы ползли по их телам. На позициях наблюдатели в одежде из землянах мешков в общей совокупности производили мрачное впечатление войны»[577].