Русский Порт-Артур в 1904 году. История военной повседневности

На флоте был заведен одинаковый для всех порядок судовой жизни. Каждому новобранцу выдавалась специальная «памятка» с указанием основных режимных моментов. Побудка команды осуществлялась в 5 часов утра. Убрав койки, матросы шли умываться. Через полчаса подавался сигнал «на молитву», по окончании которой вахтенный начальник отправлял личный состав завтракать. За четверть часа до подъема флага осуществлялась «повестка» – сверка личного состава. За пять минут до подъема все офицеры корабля собирались на шканцах – самом почетном месте на судне. Там и поднимался в 8 часов флаг. Свободная команда при этом стояла во фронт вдоль бортов. За одну минуту до 8 часов вахтенный начальник командовал равнение «на флаг и гюйс» (носовой флаг), а затем «флаг и гюйс поднять». День начинался. Обычно в будни с 9 до 10:30 на судах проводились занятия и учения. По окончании работы и приборки вахтенный начальник приказывал «вино достать, пробу». В 11 часов распоряжались свистать команду «к вину и обеду». После обеда и приведения в порядок столов и посуды команде давался отдых. В 13:30 следовала команда «вставать, умываться, пить чай». Время с 14 до 17 часов отводилось учениям, занятиям и приборкам, согласно имевшимся на каждом корабле собственным расписаниям. В 17:45 вахтенный начальник командовал «вино достать», а в 18 часов – «к вину и ужинать». От 19 до 19:30 вечера следовала вечерняя поверка. В 20 часов – спуск флага, затем молитва. День заканчивался. Оставшееся время до отхода ко сну отводилось команде на личные нужды. На сон предусматривалось 8 часов в сутки[162].

По воскресеньям и праздничным дням на больших судах, имевших собственные походные церкви, проводились церковные службы. В Порт-Артуре, когда эскадра стояла на якоре, в такие дни всех чинов эскадры возили в судовые церкви или церкви на берегу.

В увольнение на берег команда отпускалась партиями под командой офицеров или унтер-офицеров. В зависимости от судового расписания конкретного корабля срок увольнения был до 5, до 7 и до 9 часов вечера. В Порт-Артуре, бывшем базой эскадры, матросы оказывались на берегу довольно часто – как правило, через три дня на четвертый. Съезжающие на берег отмечались вахтенным начальником или вахтенным унтер-офицером[163].

Все судно в целом находилось в подчинении его командира. Помощником командира был старший офицер. Ему подчинялся вахтенный начальник. В ведении вахтенного начальника были младшие офицеры (подвахтенные) и нижние чины, вошедшие в очередь данной вахты[164].

В соответствии с судовым распорядком и нормативными документами (Сводом морских постановлений) осуществлялось питание нижних чинов Морского ведомства. В трюмах кораблей были отведены специальные помещения для хранения того или иного вида провизии. Так, отделение для сухой провизии (в первую очередь, для крупы) состояло из двух помещений, лежавших по обе стороны гребного вала. В каждой части были сделаны плотные перегородки. В них засыпались разные виды сухой провизии.

Для хранения сухарей и галет имелась специальная брот-камера. Она располагалась обычно в кормовой части трюма.

Отделение для мокрой провизии называлось ахтер-люк. Там хранили бочки и бочонки с солониной, капустой, маслом, уксусом и вином. Между бочками укладывались деревянные доски, очищенные от коры. Для каждого сорта провизии в ахтер-люке имелась отдельная загородка. Для хранения замороженных и свежих продуктов на кораблях оборудовались морозильники – ледниковые камеры с рефрижераторной машиной, в которых поддерживалась минусовая температура воздуха.

Винный погреб часто представлял собой на судне отдельное помещение.

Провизия для офицерского стола хранилась отдельно. Офицерский погреб находился обычно в кормовой части корабля, рядом с брот-камерой[165].

Сама процедура приема пищи нижними чинами на корабле проходила, как правило, в жилой и батарейной палубах. В жилых помещениях матросов были устроены подвесные столы. Во время завтрака, обеда и ужина они опускались. Личный состав располагался вокруг этих столов на скамейках, которые затем также убирались кверху или по бортам судна. На батарейной палубе обеденные столы и скамейки хранились под настилом. Упоминавшееся уже особое совещание, состоявшееся в Кронштадте в 1901 г., отмечало: «Подвесные столы представляют удобство для уборки, но при качке они движутся, отчего разбрызгиваются щи, а потому для пользования они не удобны»[166]. Тем не менее, на Дальнем Востоке корабельные команды обедали именно за такими столами, что при стоянке на рейде может быть признано вполне удовлетворительным.