Русский Порт-Артур в 1904 году. История военной повседневности

Поскольку команды судов Тихоокеанской эскадры считались в заграничном плавании, в их еженедельном рационе практиковались замены продуктов с целью улучшить и разнообразить пищевой рацион. Так, например, если во внутреннем плавании хлеб полагался ржаной, то в заграничном получали пшеничный. Свежая или соленая говядина могли заменяться в количестве ¾ свежей свининой, мешковой соленой свининой, свиной солониной в рассоле или в двойном количестве свежей крупной рыбой, или вяленой рыбой в том же количестве. Говядину могли выдавать в виде консервов или мясным экстрактом Либиха. Экстракт представлял собой нечто вроде бульонных кубиков. 1 фунт мяса можно было заменить 2 золотниками экстракта.

В качестве гарниров варьировались гречневая, овсяная, пшенная, ячневая крупы, кукуруза, рис или картофель в размере 2,5 норм. Коровье масло заменялось топленым свиным салом или свиным жиром. Могли выдавать ⅓ нормы оливковым, маковым или миндальным маслом. Горох был эквивалентен такому же количеству сухих бобов, фасоли и макарон. Зелень могла выдаваться в консервированном виде.

Чай на судах на руки не выдавался. Его кипятили в больших общих самоварах. Сахар также находился в артельном ведении, но самое большее – в количестве на неделю вперед. На Дальнем Востоке 12 ежедневных золотников чая часто заменялись частично кофе, шоколадом или какао[174].

Несмотря на то, что обед и ужин должны были приготовляться из свежих продуктов и раздаваться теплыми, очень часто на небольших судах и миноносцах в мирное время команды сидели на всевозможных консервах. Эти консервы выдавались на три дня вперед. Запасами морской провизии каждое судно Тихоокеанской эскадры было обеспечено натри месяца. По подсчетам исследователей В. Ластовкина и Б. Никольского, на судах во время кампании на одного матроса русского флота в месяц приходилось: масла коровьего – 6 фунтов, мяса – 14 фунтов, гороха – 10 фунтов, крупы – 15 фунтов, соли 1,5 фунта, уксуса – 4,5 чарки (0,55 л)[175].

В дополнение к перечисленному выше ст. 308 Свода гласила, что команды находящихся в заграничном плавании судов продолжают получать морскую провизию и во все время пребывания судов в гаванях даже в том случае, если команда будет свезена на берег[176]. Учитывая эту статью, можно сделать вывод, что большую часть года (т. е. время ведения кампании) чины Морского ведомства находились на усиленном, по сравнению с береговым, морском довольствии. Морское довольствие во время кампании они продолжали получать даже при продолжительных стоянках на рейдах Порт-Артура и Владивостока. В конце XIX – начале XX вв. средняя стоимость порции на одного нижнего чина в день составляла около 35 коп. золотом, или 26 центов Североамериканских Соединенных штатов[177].

С учетом местных условий Порт-Артура определенные затруднения вызывала добыча воды, пригодной для варки пищи. Еду готовили на местной, пресной и морской опресненной воде (на кораблях существовали опреснители). По поводу употребления местной воды медицинский инспектор Порт-Артура отмечал в своем рапорте 9 августа 1903 г.:

Ввиду развития заболеваний желудочного и кишечного канала нахожу необходимым разрешить <…> начать:

1) выдавать перец для прибавления в командные щи;

2) для уменьшения количества выпиваемой воды разрешить выдавать лишнюю порцию чая с таким расчетом, чтобы чай был круглые сутки;

3) при переходе на судах под парами можно разрешить выдачу машинной команде красного вина для прибавления его в чай. Выдача лишней порции чая в Порт-Артуре должна производиться до 15 ноября (период господства дизентерии)[178].