Русский Порт-Артур в 1904 году. История военной повседневности

В роте протекала вся служебная деятельность рядового. Солдатский распорядок дня в основных своих проявлениях соответствовал матросскому распорядку. Точно также день отводился военной подготовке. Вечером выделялись часы для отдыха. Увольнения в город обычно приходились на выходные дни. Если досуг не был связан с увольнением, то формы его проведения обычно были коллективные. Исключение составляло посещение библиотеки. Библиотеки имелись при каждой части. Однако литература в них, как правило, была подобрана без всякой системы. По свидетельству очевидцев, активно читающим русского солдата на Дальнем Востоке назвать было нельзя[298].

К коллективным формам досуга можно отнести всевозможные игры. Из подвижных занятий практиковались русские деревенские игры – чехарда, горелки, лапта и т. п. В каждой роте было несколько заводил. Офицер мог рассчитывать, что в нужный момент ими будет проявлена инициатива, чтобы подбить всех остальных принять участие в той или иной игре[299]. Кроме того, солдаты охотно играли в шашки, домино. Бесполезно было бороться с картами и орлянкой. Впрочем, большую часть свободного времени солдаты предпочитали посвятить личным делам: привести в порядок обмундирование, написать письмо домой.

Письма из дома имели для дальневосточных солдат особую ценность. «Надо видеть, – писал Г. Козьмин, – с каким захватывающим интересом, забившись куда-нибудь в укромное местечко, два или три земляка перечитывают уже сильно помятый листок письма»[300].

В праздничные дни внутренние помещения казарм украшались флагами, иконами, свечами. Обед готовился по усиленной норме. Праздников было достаточно много: начиная от ротных и полковых и заканчивая днем коронации царствующей особы. Самым любимым был, пожалуй, Новый год. В квантунские, владивостокские, харбинские казармы привозили елки. На солдатские елки вместо игрушек вешали подарки – подошвы к сапогам, рубахи, отрезы материи, папиросы в коробках, бутылки с водкой. Все это разыгрывалось между нижними чинами. Самым главным призом был обычно кошелек с деньгами. Сумма в кошельке могла составлять несколько рублей[301].

Летом распорядок дня солдат в Маньчжурии, владивостокского и порт-артурского гарнизонов несколько менялся. Занятия начинались в 5–6 часов утра. Затем перерыв на время жары и снова занятия. И уже после 22–23 часов следовал отбой. Лето было порой традиционных маневров и жизни в лагерях. Сибирские стрелки довольно неплохо владели тактикой ведения горной войны. Особая ставка делалась на одиночную огневую подготовку. Все это впоследствии позволило кадровым войскам порт-артурского гарнизона долго удерживать позиции небольшим числом, причиняя врагу значительные потери. Прекрасными стрелками зарекомендовали себя восточно-сибирские батальоны на полях Маньчжурии. Лучшие стрелки в мирное время награждались ценными подарками и денежными призами. В ротах существовали так называемые «красные доски», куда заносили имена «призовиков» – отличников стрелковой подготовки[302]. Уже упоминавшийся унтер-офицер Д.Г. Шепель сообщал, что у него скопилось трое часов, полученных за несколько лет службы в Порт-Артуре. Это были ценные подарки за призовую стрельбу[303].

Организованными группами при офицере нижние чины посещали театр. Увольнение можно было провести в городе. Причем получить отпускной билет (т. е. увольнительную) у ротного командира на солдатском жаргоне именовалось «взять нумерок»[304]. Как до, так и после Русско-японской войны многие исследователи обращали внимание на то, что в свободное время при увольнении солдат предоставлен сам себе. «Солдаты идут гулять в город, – писал поручик А.К. Билинский еще в 1898 г., – там они бродят без дела, толкаются на базаре и подвергаются соблазну зайти в нерекомендуемые заведения»[305]. Как заведения рекомендуемые, во Владивостоке, в Порт-Артуре, в Харбине, в более мелких городах Маньчжурии, на станциях железных дорог, где стояли подразделения русской армии, были открыты многочисленные солдатские чайные. Они были почти при каждой крупной воинской части. Например, в Порт-Артуре было большое здание солдатской чайной. Оно принадлежало 3-й Восточно-Сибирской стрелковой бригаде. «Это своего рода клуб, – писал о нем Г. Козьмин, – где для нижних чинов устраиваются вечера, спектакли, сообщения с туманными картинками и предоставляется стрелкам возможность посидеть с земляком, поговорить, о чем интересно»[306]. Конечно, далеко не всегда проведение досуга нижними чинами было связано с благопристойными заведениями. Однако можно констатировать, что за период с 1898 по 1904 гг. бытовая благоустроенность порт-артурского гарнизона значительно повысилась. Налаживался быт и в других местах постоянной дислокации русских войск на Дальнем Востоке.