Русско-шведская война. 1610–1617

Карл убедил царя, что следует сначала вместе отбить у сторонников Лжедмитрия II Копорье, Ивангород, Гдов и Псков, а также попытаться захватить Дерпт. После захвата этих крепостей главное наступление могло быть направлено на Вильно, то есть на Литву. Благодаря этому угроза Москве уменьшится, а Польша не сможет прийти на помощь мятежникам. Карл даже не думал, что его предложения совершенно не связаны с просьбами царя. В Ивангород был отправлен граф Иоахим Фредрик фон Мансфельд, только что вернувшийся после неудачной осады Риги. Одновременно финские войска должны были атаковать Копорье, а Йеспер Матцсон Круус должен был наблюдать за войсками Ходкевича в Ливонии.

Однако сил для реализации этих планов у Карла не было. Тем не менее король твердо придерживался своего плана. 15 декабря 1608 г. он дал делегатам, ведущим переговоры со Скопиным-Шуйским, инструкции. Они должны были настаивать на нападении на русские северо-западные крепости. Прежде всего, шведы хотели захватить Ивангород, чтобы усилить переговорные позиции. Карл намеревался позже отдать эту крепость царю в обмен на другую выгоду, но только в том случае, если царь выйдет из битвы победителем. Также делегаты должны были потребовать Корелу (Кексгольм), Орешек (Нотебург) и Колу в качестве вознаграждения за помощь.

28 декабря 1608 г. Карл IX передал соответствующие инструкции вновь назначенному главнокомандующему шведскими войсками в Русском царстве Якобу Делагарди. Король разрешил ему войти в Русское царство только в том случае, если Шуйский останется у власти. Сначала Делагарди следовало установить контроль над Корелой и Орешком и только затем двинуться в Новгород, чтобы помочь Скопину-Шуйскому. Делагарди должен был объявить, что он идет на помощь русским в борьбе с поляками по просьбе русских властей и поэтому он намерен встать на сторону царя Василия. Делагарди же грозил наказать огнем и смертью тех, кто откажется от покровительства шведского короля, и не пощадит даже детей в колыбелях. Однако поход на Ивангород и другие крепости были отложены на другое время.

В начале 1609 г. до Карла дошли вести об активности сторонников Лжедмитрия II на побережье Северного Ледовитого океана. Поэтому он решил упредить самозванца. 13 февраля 1609 г. он приказал губернаторам Норрланда и Остерботтена Бальтасару Бэку и Исаку Бему попытаться занять Колу и Сумский острог. В то же время Бем должен был успокоить настоятеля Соловецкого монастыря и заверить его, что вся экспедиция организована в интересах царя. Когда письма были готовы к отправке, оказалось, что снаряжать всю экспедицию уже поздно. Благоприятный для экспедиции месяц март был упущен, так как требовалось много времени на подготовку. Однако сами приказы многое говорят о целях Карла IX[156].

Переговоры были перенесены в Выборг и фактически начались лишь в начале февраля 1609 г. 28 февраля обе стороны подписали соглашение. В нем дьяки С.В. Головин и дьяк Сыдавной Васильев от имени М.В. Скопина-Шуйского подтвердили положения заключенного в Тявзине мира и отказались от всех претензий на Эстляндию. Был заключен вечный оборонительный союз против Сигизмунда III и его преемников. Стороны согласились не подписывать мир с Польшей без ведома и согласия другой стороны. Также были согласованы детали оплаты и содержания шведского экспедиционного корпуса. В течение одиннадцати недель после перехода корпусом русской границы Корела и ее окрестности должны были быть переданы шведам[157].

Так решилась судьба Корелы. Стремясь получить военную помощь для царя Василия Шуйского, С.В. Головин и дьяк Сыдавной Васильев уступили территории Русского государства. В данном случае они действовали по приказу М.В. Скопина-Шуйского, а не царя Василия Шуйского. При этом дьяки не предъявили при этом никакого полномочия от царя, скрепя договор о Кореле только своими подписями и печатями. Шведов это не смутило[158].

Корела некоторое время признавала царем Лжедмитрия II. Возможно, это обстоятельство повлияло на решение Скопина, Головина и Сыдавного-Васильева уступить Корелу шведам.

Н.И. Костомаров пишет: «Скопин взял на себя важное обязательство отдать в чужие руки часть русской земли, а это при тогдашней слабости царя не могло бы, казалось, совершиться иначе, как с согласия Земского собора. Стесненные обстоятельства, – добавляет историк как бы в извинение Скопина, – не дозволили медлить». М.В. Скопин-Шуйский при передачи Кореле допустил своеволие, даже не испросив разрешения царя[159].

В марте 1609 г. Делагарди принял командование корпусом, и ему пришлось отказаться от всех действий против Орешка и Корелы. Русские не хотели тратить драгоценное время на осаду Орешка, но в то же время подтвердили передачу Корелы. По мере того как Делагарди продвигался все дальше и дальше в Русское царство, Ходкевич в Ливонии пользовался все большей свободой действий, что вызывало беспокойство шведов.