Русско-шведская война. 1610–1617

В районе Бронниц поначалу бои происходили с переменным успехом. Однако шведы подвезли артиллерию и полностью овладели инициативой. Шведы продолжали активно вести осадные работы – построили вблизи частокола шанцы и вели подкоп. Меннихгофен, который, в конце концов, был голландским офицером и специалистом по фортификации, имел гораздо больше опыта в позиционной войне, чем Трубецкой. Поэтому уже 28 июня он «настолько сжал кольцо вокруг русских, что они не могли слишком сильно проявлять себя»[355].

В рати Трубецкого начался голод и болезни. Один из возможных участников событий писал: «А у немец поставлен был наряд, пушки и верховые пушки, и из пушек стреляли в острог, а из верховых пушек стреляли камением и из пушек людей и лошадей во остроге побивали, и многую тесноту делали, а во острог проезду ниоткуду не было и запасы хлебные и соль и харч был дорог и взяти было негде, и привести неоткуду, от городов отдалело»[356].

Во время нахождения в Бронницах в рати Трубецкого повторились явления, какие были ранее в лагере Первого (Подмосковного) ополчения: «Было у них в рати нестроение великое … грабежи от казаков и от всяких людей». Также в Бронницах также происходили конфликты между казаками и служилыми людьми[357].

Артиллерийский огонь наносил значительные потери. Выгонять лошадей в поле стало невозможно, и они падали в большом количестве от голода. Из-за обстрела шведских мортир русским, по крайней мере, на части позиций, вероятно, на восточном берегу Мсты, пришлось отодвинуть свою линию обороны назад. Однако это принесло им лишь временное облегчение, поскольку в то же время Меннихгофен выдвинул свои позиции вперед[358].

Настало время решить что делать дальше: продолжать ли обороняться в этом остроге и всем погибнуть от голода, или отступать к Торжку. Воеводы решили обсудить эти вопросы с воинами. Сочли, что уход из острога – не сдача города или крепости. Кроме того, помощи из Москвы не было, а наступать на Новгород невозможно. Общее решение было – оставить острог[359].

Имеется информация, что отступление от Бронниц было осуществлено по указу царя из Москвы: «Трубецкой с товарищами прислали к государю бить челом от имени ратных людей, что стала им от немецких людей теснота. Государь велел им от Бронниц отойти к Торжку». Принимая во внимание расстояние от Москвы до Бронниц, можно предположить, что Трубецкой вряд ли успел получить указ об отступлении из Бронниц к 14 июля[360].

Ночью 14 июля рать Трубецкого двинулась на прорыв, больного В.И. Бутурлина несли на носилках, и по дороге он умер. Так как в острожке пало много коней, то даже воеводы вынуждены были идти пешком. По словам Делагарди, «они были так преследуемы нашими солдатами и рассеяны по лесу и в разные стороны, что некоторые из них были убиты или взяты в плен»[361].

Другой острог, находившийся за рекой Мста у деревни Новоселицы, гарнизоном которого командовал Ф. Левашов, продержался до 20 июля. Шведы не стали преследовать Трубецкого дальше, а все силы сразу же направили против острога Федора Левашова: «А немецкие люди за рускими людми не ходили, а за рекою Мстою к острошку, где сидели Федор Левашов и Угрим Лупандин с казаками, Ивергор с немецкими людми приступали приступами многие дни, из наряда из пушек стреляли, а немцы им говорили, чтоб они здалися имъ». Таким образом, отряд Ф.В. Левашова фактически спас войско Трубецкого от окончательного разгрома[362].

Однако чтобы преподать русским урок, Делагарди приказал перебить 400 рядовых казаков, оставив в живых только руководство. Я.Н. Рабинович предполагает, что сведения о массовой казни пленных сторонников Москвы в Новоселицком острожке, возможно, несколько преувеличены[363].

Победа шведов под Бронницами привела к развалу рати Трубецкого. А поскольку из-за отсутствия сил ее нельзя было восстановить, шведы получили полную свободу действий. Густав Адольф решил воспользоваться этой возможностью и осадить Гдов.

Тем временем у Смоленска рать князя Черкасского не смогла предотвратить проводку литовскими войсками обоза с припасами. Кроме того, в крепость были доставлены подкрепления. Таким образом, расчеты русского командования на быстрый и успешный исход смоленского похода, а возможно и всей войны, рухнули. Остатки отрядов детей боярских Трубецкого в конце лета были направлены под Смоленск. Эти подкрепления уже не могли изменить ситуацию[364].

9. Поход Густава Адольфа на Гдов в 1614 г.

Обсуждение на Риксдаге в Эребро вопроса о войне в России