Самые странные в мире. Как люди Запада обрели психологическое своеобразие и чрезвычайно преуспели

Установить связь между длительностью воздействия Церкви на регион и наличием там интенсивного родства непросто, поскольку подробные данные о родстве для Европы найти трудно, а в «Этнографическом атласе» континент представлен особенно слабо (антропологи вообще избегают Европы — она для них слишком странная). По иронии судьбы, наилучшим источником, который удалось найти моей группе, стали выданные папами разрешения на кузенный брак. Как отмечалось ранее, во второй половине Средних веков Церковь разрешала кузенные браки по специальному дозволению. Изучив разнообразные исторические источники, мы собрали на основании записей о таких дозволениях данные о частоте кузенных браков в XX в. по 57 различным регионам Франции, Испании и Италии. Чтобы подчеркнуть, насколько сильны эти эффекты, мы добавили и данные по различным регионам Турции. Турция входит в зону Европейского социального исследования, поскольку она частично находится в Европе, а моя группа смогла найти данные о кузенных браках в Турции в других источниках. Добавление регионов Турции позволяет нам убедиться, что обсуждаемые закономерности продолжают работать и за пределами того, что было миром западного христианства. Как и ожидалось, в регионах Турции, где никогда не осуществлялась БСП, уровень кузенных браков выше, чем в Испании, Италии и Франции.

Результат таков: в регионах с меньшим воздействием БСП в Средние века люди гораздо чаще получали дозволения на кузенные браки в XX в. Фактически знание местной дозы БСП позволяет нам объяснить почти 75 % различий в частоте кузенных браков в разных регионах Италии, Франции, Турции и Испании. Если отбросить Турцию, то воздействие БСП все равно объясняет почти 40 % региональных различий в частоте кузенных браков. Другими словами, каждый век осуществления БСП снижает частоту кузенных браков в регионе почти на четверть.

Наш анализ еще раз подтверждает исторический нарратив, представленный в главе 5, и показывает, что если в период раннего Средневековья регион входил в империю Каролингов, то в XX в. частота кузенных браков оказывалась там мизерной, а иногда и нулевой. Если же регион находился за пределами империи Каролингов, как в случае Южной Италии, Южной Испании и Бретани (полуостров на северо-западе Франции), то этот показатель был выше. На Сицилии в XX в. прошений о дозволении кузенного брака было так много, что папа римский делегировал местному епископу особые полномочия дозволять браки между троюродными братьями и сестрами без санкции Ватикана. Обычно такие дозволения были (и остаются) папской привилегией, но в этом случае спрос был настолько велик, что пришлось сделать исключение[364].

Чтобы дополнить эту картину, давайте рассмотрим корреляцию между частотой кузенных браков, которая служит косвенным признаком интенсивного родства, и нашими четырьмя психологическими показателями, измеренными в ходе Европейского социального исследования. Как показывают ответы более чем 18 000 человек из 68 регионов четырех стран, жители регионов с более высокой частотой кузенных браков в XX в. демонстрируют более высокий уровень конформности-послушания и более низкий уровень как индивидуализма-независимости, так и обобщенных доверия и справедливости. Как показано на рис. 7.2, это влияние велико. Зная только частоту кузенных браков, мы можем объяснить от 36 % (конформность-покорность) до 70 % (обобщенная справедливость) региональных различий четырех психологических показателей в диапазоне от космополитичной Франции до самых отдаленных районов Юго-Восточной Турции. Эти графики показывают — а наш статистический анализ подтверждает, — что, хотя различия в частоте кузенных браков внутри каждой европейской страны по отдельности гораздо слабее, более общие тенденции в целом сохраняются. Наш анализ также свидетельствует, что эти результаты не могут быть объяснены различиями в уровне доходов, длительности школьного образования, религиозности или конфессиональной принадлежности[365].

Хотя анализ, представленный на рис. 7.2, основан на скудных данных из различных уголков Европы, которые по особым историческим причинам подверглись меньшему воздействию БСП, он тем не менее частично показывает путь от БСП через распад интенсивного родства в Средние века к современному европейскому психотипу.

Давайте теперь возьмем крупный план и сосредоточимся на извечной проблеме социальных наук — итальянской головоломке. В то время как Северная и Центральная Италия стали в Средние века мощными центрами банковского дела, служили колыбелью Возрождения и наряду с большей частью Северной Европы процветали во время промышленной революции XIX в., Южная Италия хронически отставала в экономическом плане и оказалась рассадником организованной преступности и коррупции. Почему?