Счастливый предатель. Необыкновенная история Джорджа Блейка: ложь, шпионаж и побег в Россию

«Иного выбора нет» — изящно написанная книга (возможно, благодаря Филби). Блейк говорит в ней главным образом о своих мотивах, но весьма сдержан в том, что касается подробностей работы на КГБ и, что еще более удивительно, на СИС. Нюрнберг говорил: «Разумеется, он подписывал обязательства в рамках Закона о государственной тайне. Насколько я помню, [в книге] он его не нарушил». Блейк позже объяснял это в книге тем, что пытался проявить уважение к британским коллегам: «Я не хотел поливать их грязью, как это вышло у Филби. Любой шпионаж дается нелегко. И лишь те, кто им занимается, могут оценить его трудность».

Ученый Филип Дэвис считает, что книга Блейка — «рассказ гораздо более недооцененный и гораздо менее своекорыстный по сравнению с мемуарами Филби»[938]. Русскоязычное издание стало бестселлером, хотя при крахе советской экономики никаких денег это Блейку не принесло[939]. А в Великобритании книгу приняли «довольно сдержанно», рассказывал Нюрнберг, «вероятно, такая реакция была продиктована тем, что книга написана главным предателем страны. Она вызвала вполне объяснимую неприязнь». Деннистон отмечал: «Враждебная реакция и плохие продажи совпали с делом о клевете, которым угрожал свекор Энтони Читема Кеннет де Курси [бывший заключенный-аристократ и приятель Блейка], из-за чего издатели остались в минусе»

[940].

Была и еще одна трудность. Как вспоминал Нюрнберг, один британский журналист, давно надеявшийся взять у Блейка интервью, разозлился, узнав, что издатели доверили интервью Филипу Найтли. Обделенный журналист пожаловался своему депутату, который поднял в палате общин вопрос, допустимо ли Блейку зарабатывать на своей измене. После этого правительство приступило к длительной попытке наложить вето на роялти от продаж книги в Британии. В конце концов в 2000 году палата лордов приняла решение, что он не должен получать денег за книгу. Тем не менее в 2006 году Европейский суд по правам человека в Страсбурге вынес решение, что британское правительство должно выплатить Блейку 3 500 фунтов стерлингов компенсаций, потому что длительные процедуры нарушали его права человека (британские таблоиды не были в восторге от этого решения[941]). И тем не менее, львиной доли роялти Блейка все же лишили.

В самом начале постсоветской эпохи Блейку пришлось несладко. Он пришел в ужас от внезапной одержимости страны капитализмом[942]. Он испугался и когда Британия потребовала экстрадировать его из новой России. Соседи по даче предложили укрыть его у себя[943]

. Ходили слухи, будто он планирует бежать в давно знакомую ему Северную Корею, но Блейк сказал: «Уж лучше вернуться в Уормвуд-Скрабс»[944]. «Российская газета» позже будет вспоминать, что «горячие головы» в российском парламенте начала 1990-х годов рассматривали возможность экстрадиции Блейка, и он «пережил несколько неприятных месяцев»[945]. Россия попросила Британию отпустить двадцать бывших советских агентов в обмен на Блейка, но из этого ничего не вышло[946]. По его словам, все это время он был уверен, что принявшая его страна не выдаст своего Диамида.

Даже после того как СССР прекратил свое существование, Блейк никогда не критиковал КГБ и службу, ставшую его главной правопреемницей, — ФСБ. Время от времени он читал лекции российским шпионам (или, как их принято называть в российских спецслужбах, «разведчикам»). Он также продолжал помогать другим англоязычным предателям справляться с жизнью в Москве. Эдвард Ли Хоуард, единственный агент ЦРУ, перебежавший в СССР, говорил в 1998 году:

КГБ поощряет наше знакомство с другими перебежчиками… Джордж Блейк — один из ближайших моих друзей, и я жалею, что не успел познакомиться с Кимом Филби. Джордж меня просто спас. Он приехал ко мне на дачу в 1989 году. Я переживал тогда очень трудный момент. И тут он, в этой своей маленькой английской бабочке, садится передо мной и говорит, что я не должен раскисать. Говорит, что семья прекрасно без меня справится, а самое главное теперь — найти себе какое-нибудь полезное применение[947].

В 2000 году глава российской внешней разведки Сергей Лебедев говорил, что семидесятивосьмилетний Блейк «до сих пор активно работает на благо российской разведки»[948]

.

Когда я спросил Блейка, продолжил ли он в Москве работу на КГБ, он ответил: «Хм?»

Я: Разве здесь вы на КГБ не работали?

Блейк: Нет, ну, в любом случае не напрямую. Да, работал, хм… — нет, работал — естественно, у меня хорошие отношения с ними и так далее, очень хорошие отношения. Они прекрасно обо мне заботятся.

Я: И этот дом вы получили от них.

Блейк: И дом, и мою квартиру в Москве — все их старания. Да, да, поэтому я и говорю, что они прекрасно обо мне заботятся. В этом отношении я очень им благодарен, и они считают своей обязанностью заботиться о нас как следует[949].