Секреты прессы при Гобачеве и Ельцине

«— На пресс-конференции, посвященной своему вступлению в должность председателя Всесоюзной государственной телерадиовещательной компании, Леонид Кравченко сказал, что в отношениях с Российской телерадиокомпанией „возникла ситуация, которую невозможно решить сразу и безболезненно…“

— Для всесоюзной компании российская — конкурент. Конкурент малоприятный, не разделяющий взгляды председателя на массовые средства информации, их роль в процессе обновления общества, и потому — конкурент раздражающий. С другой стороны, думаю, что Л.П.Кравченко понимает: российского телевидения и российского радио не может не быть.

— Он подчеркнул, что идея раздела собственности бывшего Гостелерадио для него неприемлема. И что ни одна из республик, кроме России, не претендует на это…

— Россия из всех республик занимает самое неравноправное положение в информационной сфере, имея свои жалкие 5 часов радиовещания в день и 7,5 часа телевизионного в неделю. Во всех республиках ретрансляционные радиорелейные линии от столиц до областных центров принадлежат им. В России — это собственность Союза. За что такая несправедливость? Отсутствие собственного телевидения и радиовещания для России — это паралич управления республикой, ее экономикой, культурой.

России предстоит подписывать Союзный договор, и в такой ситуации она придет к нему неправоправной. Должны быть гарантии равенства, республика вправе предъявить экономические претензии Центру за ущемление своего конституционного права на свободу информации собственных сограждан. Это, кстати, конституционная обязанность и парламента, и правительства.

Российский парламент блокирован, он раздражен неисполнением собственных законов. И это раздражение справедливо. Помимо саботажа законов консервативными силами на местах, граждане республики о них просто ничего не знают. В то же время дух разлада, раздражения Центра по поводу несговорчивости России, ее руководства, не пожелавшего отречься от принципов суверенитета, создает ситуацию информационной блокады, ибо Центральное телевидение противостоит концепции самостоятельности России и не скрывает этого.

Одно удивительно — сколько сил тратится, чтобы помешать России создать свое радио и телевидение, и крайне досадно, что ключевой фигурой в этом противодействии является сам президент. Силуэт Ельцина заслонил президенту весь российский горизонт.

— На той пресс-конференции прозвучало, что семьдесят процентов центрального вещания — о России и для России…

— Те семьдесят процентов, о которых говорил Кравченко, — это свидетельство неумения Гостелерадио создать образ каждой республики на всесоюзном экране. Именно поэтому события, конфликты, возникающие в той или иной республике, для зрителя, как правило, неожиданность. Правда о народе — это и есть образ народа.

Образование российского телевидения позволит всесоюзной телекомпании уделить больше внимания в эфире, и прежде всего на президентском канале, жизни республик. Но, как я понимаю, Л.П.Кравченко этого делать не желает да и боится. Налицо главное стремление — помешать информационной независимости России. Надо меньше болтать об интернационализме, его надо созидать.

Если первый канал — президентский и, как заявляет сам президент, у него нет более важной задачи, нежели сохранить Союз, то, естественно, межнациональное общение должно быть функцией первого канала. Второй же канал всегда был в определенном смысле свалкой, куда перебрасывались менее удачные, с точки зрения руководства, передачи либо „ссылались“ строптивые. Так, на второй канал отправили „Авторское телевидение“. Зачем? А вдруг эта несговорчивая и талантливая команда поссорится с руководством российского телевидения. Радость-то какая!

— Непонятно, как могут местные и республиканские комитеты ТВ и РВ, находящиеся на территории России, быть самостоятельными, если указом президента вся собственность бывшего Гостелерадио передается всесоюзной компании?