Сексуальные преступления как объект криминологии

В одной из своих обвинительных речей А. Ф. Кони говорил: «Там, где существует изнасилование, – там безрассудная наглость, там отсутствие всякого чувства и одна жестокая, злая чувственность, одна животная страсть».[400] В то же время следует отметить, что каждое преступление должно быть тщательнейшим образом изучено и проанализировано. Таким преступлениям недопустимо применение американской расширенной модели сексуального насилия и посягательства, основанной не на объективных критериях использования физической силы или угрозы ее применения, а на субъективных признаках «словесного принуждения и уговоров». В подобной модели каждый мужчина воспринимается как потенциальный насильник и преследователь, обладающий чертами похотливости, циничности и грубости, а каждая женщина – как жертва притеснений и существо невинное и безобидное. В связи с этим американские юристы К. Мак Киннон и А. Дворкин небезосновательно утверждают, что «между изнасилованием и нормальным сексуальным сношением различия тоньше листа папиросной бумаги».[401] В этом отношении сохраняет актуальность указание, данное в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 25 марта 1964 г. «О судебной практике по делам об изнасиловании», о необходимости «всесторонне, полно и объективно исследовать все обстоятельства дела и с учетом особенностей этой категории дел тщательно выяснить обстановку происшествия и взаимоотношения подсудимого с потерпевшей».[402]

Распространенность изнасилования и насильственных действий сексуального характера, с точки зрения разных авторов, варьирует в широких пределах. Так, по данным J. Mc Cary, в США – 35 случаев на 100 000 женщин; Норвегии – 1, Англии – 3 случая.[403] По данным Р. Блэкборн, половые преступления составляют 0,7 % от всех учитываемых преступлений в Англии и Уэльсе; он также отмечает, что данный вид преступности во всех странах существенно возрос, но общий уровень прироста остается ниже, чем уровень прироста преступности в целом, за исключением изнасилований.[404] Несмотря на отмеченные тенденции стабильности в количественном отношении, изменяется качественная характеристика насильственных преступлений. Так, с 80—90-х годов увеличивается количество многоэпизодных, рецидивных и серийных насильственных посягательств, в частности изнасилований (примерно вдвое), на 10 % возрастает доля насильственных преступлений, совершенных с особой жестокостью.[405]

Практически все авторы отмечают высокую латентность данного вида преступности. J. Rabkin в исследовании изнасилований отмечал, что истинной картины распространенности этого вида преступлений получено быть не может, так как около 40–50 % преступлений остаются незарегистрированными ввиду того, что, с одной стороны, жертвы предпочитают не сообщать о них, а с другой – из-за отсутствия доказательства вины.[406] 3. Старович (1991) приводит данные различных авторов о том, что соотношение фактических и зарегистрированных случаев колеблется от 1:20 до 1:100, сам автор считает наиболее вероятной цифру 1:60.[407]

В России динамика насильственных сексуальных преступлений по ст. 131–132 УК представлена на рисунке 8.

Рис. 8. Динамика насильственных сексуальных преступлений в РФ за период 1997–2005 гг.

На рисунке видно, что преступления насильственного характера в группе преступлений, предусмотренных главой 18 УК, являются основными: их удельный вес колеблется от 92 до 97 % всех половых преступлений.

О количестве зарегистрированных заявлений о совершенных насильственных сексуальных преступлениях на территории Орловской области за период 1997–2005 гг. дает представление рисунок 9.

Рис. 9. Количество зарегистрированных насильственных сексуальных преступлений в Орловской области

Анализ диаграммы показывает, что с 1997 г. намечается тенденция к уменьшению, которая, однако, не является стабильной. Так, увеличение преступности отмечалось в 2000, 2001 и 2004 гг.

Общим криминализирующим свойством сексуального поведения по ст. 131 и 132 УК выступает насилие физическое или психическое (угроза его применения).

Насилие и угроза насилия выступают как способы достижения полового сношения при изнасиловании или реализации действий сексуального характера. Степень проявления насилия в каждом случае различна: от «поведения, ограничивающего свободу волеизъявления другого лица» до «причинения непосредственного физического вреда». Важность изучения феномена насилия нашла свое отражение не только в междисциплинарном научном характере проводимых исследований, но даже в его выделении в самостоятельную научную дисциплину – виолентологию (от лат. violentia – насилие), или вайоленсологию (от англ, violence).[408]