Утром 29 января в президиум поступило заявление за подписью 132 делегатов о рассмотрении вопроса об отношении съезда к СНК РСФСР. Попытка социалистов не допустить его включения в повестку дня провалилась. Подавляющее большинство пожелало обсудить проблему на вечернем заседании. Риск поддержки правительства Ленина, а вслед за тем и раскола коалиции социалистов был явно высок. Большевикам пришлось вновь применить свое «чудо-оружие» – Кирова. 26 января он переубедил пятигорских казаков, три дня спустя «образумил» однопартийцев: «Положение в Терской области то же, что и в России. Местами господствует… Советская власть, местами царит военная диктатура, берущая за горло социалистов. И у нас, как и в России, положение крайне запуталось… Если мы не создадим единого революционного крепкого фронта, то наше дело здесь будет погублено…
Те товарищи, которые думают, что Совет Народных Комиссаров одним мановением руки может водворить порядок, ошибаются. Только сама демократия Терской области может успокоить наш край, и никто другой… Если трудовой казак не будет жить мирно с трудовым горцем, то и Совет Народных Комиссаров нам не поможет… Нам надо рассчитывать только на свои силы и задушить свою контрреволюцию… Если в Терской области можно спасти положение, то только единым фронтом…»
В итоге съезд единогласно решил «создать орган власти, способный объединить демократию Терской области и явиться авторитетным в глазах масс населения без различия сословий и национальностей». СНК РСФСР в принятой резолюции не упоминался. Новую структуру назвали Терским областным народным советом. Избрали 31 января в составе сорока шести персон и… объявили перерыв до 15 февраля. Формально под предлогом отсутствия «всех народностей», то есть ингушей и чеченцев, а реально, скорее всего, чтобы воспрепятствовать новым провокациям сторонников войны. По той же причине, верно, поменяли и место проведения с Моздока на Пятигорск[109].
Задача Второго съезда терских народов – «справедливое урегулирование земельных отношений между отдельными племенами и народностями и внутри их». Так аккуратно сформулирована она в обращении съезда к гражданам Терской области. Конечно, о чем идет речь, понятно всем: об ингушах, чеченцах и казаках, которых до середины февраля общие фразы ещё удовлетворят. Потом должна появиться конкретика, причем взаимоприемлемая для всех. Но возможно ли это?..
Помимо одной имелась и другая главная тема съезда. Успехи Кирова позволили большевикам продемонстрировать населению края умение превращать поражение в победу, учитывать интересы самых разных слоев и даже увлекать за собой вчерашних недругов. Это заметно подняло авторитет партии в глазах многих жителей, желавших поскорее покончить с междоусобной войной в крае. А такие были и среди горцев, и казаков. У большевиков появился шанс возглавить область прежде, чем случится ее формальная большевизация, в рамках коалиции левых сил. Настало время поставить вопрос о признании СНК РСФСР, что автоматически означало лидерство терских ленинцев, ведомых Буачидзе и Кировым, и, во-вторых, раскол соцблока.
А раскола следовало избежать до решения земельного вопроса. Таким образом, большевикам на пятигорском съезде предстояло найти земельный компромисс и уже затем провозгласить установление советской власти. Потому-то Буачидзе, Киров и Юрий Фигатнер (большевик из Кисловодска) заранее переговорили с вожаками кабардино-балкарской и осетинской делегаций о том, чтобы они потихоньку готовили свои группы к соответствующему голосованию. Если осетинские вожаки поняли все правильно, то кабардинец Калмыков интерпретировал просьбу русских товарищей по-своему…
Отметим любопытный факт: членом Народного совета Киров не стал, что лишний раз свидетельствует о предпочтениях нашего героя. К непосредственной руководящей работе у него душа определенно не лежала. А вот заняться подготовкой второй сессии съезда он не прочь и согласился войти в оргбюро от соцблока[110].
Заседания Второго съезда (или второй сессии съезда) народов Терской области возобновились 16 февраля 1918 года. Дата приведена по юлианскому стилю. Хотя после 31 января в РСФСР по декрету Совнаркома применялся григорианский календарь и вместо 1 февраля наступило 14‐е, на Тереке ещё примерно два месяца продолжали жить по старому летосчислению. Не будем отрываться от жителей края и мы.