Серго Орджоникидзе. Командарм советской промышленности

Немного забегая вперед, скажем, что и арест другого брата — Ивана Орджоникидзе также произошел в ноябре. «Валико (Иван) Орджоникидзе работал ревизором финансово-бюджетной инспекции в финансовом отделе Тбилисского Совета. В начале ноября 1936 г. один из его коллег написал в партком заявление, в котором обвинил Ивана Константиновича в разговорах о невиновности Папулии Орджоникидзе и в дружбе с троцкистами. Партком Тбилисского Совета дал доносу ход. Валико вызвали „на ковер“, и он не только подтвердил все, что было написано в заявлении, но добавил: „Папулия Орджоникидзе не мог работать против своего брата тов. Серго Орджоникидзе и вождя народа тов. Сталина, которого лично знает… нельзя допустить подобные обвинения в отношении Папулии Орджоникидзе, и это все неправда“. На возражения членов парткома Валико ответил: „Вы сами убедитесь в невиновности не только моего брата, но и других, которые будут освобождены в скором времени“. За подобную дерзость его исключили из группы сочувствующих ВКП(б) и сняли с работы. Тогда в дело вмешался Серго. В середине декабря он позвонил Берии и попросил о помощи. Берия, в свою очередь, проявил оперативность: поговорил с обвиняемым, запросил объяснительную у председателя Тбилисского Совета, и уже примерно через неделю Серго получил пакет, в котором было объяснительное письмо председателя Тбилисского Совета Ниорадзе и сопроводительная записка Берии. Берия писал: „Дорогой товарищ Серго! После вашего звонка я немедленно вызвал к себе Валико, и он рассказал мне историю своего увольнения, подтвердил примерно то, что изложено в прилагаемом при этом объяснении председателя Тбилисского Совета т. Ниорадзе. В тот же день Валико был восстановлен на работе. Ваш Л. Берия“»[1092]. Представляется возможным, что арестами братьев ни отпуск Орджоникидзе, ни его юбилей омрачены не были. Орджоникидзе уехал в Москву в конце октября и уже 31 октября был на приеме у Сталина[1093].

Москва: осень — зима 1936 года

«После возвращения в Москву Серго сразу же взялся за наркомовские дела», — указывала его жена[1094]. Был он задействован не только в Наркомате тяжелой промышленности. Отметим состоявшееся в кабинете Серго в эти дни совещание по вопросам самолетостроения. Участвовали в нем конструкторы Архангельский, Ильюшин, Поликарпов, Болховитинов и летчики Громов, Пионковский, Коккинаки. Совещание продолжалось более пяти часов, прерываясь на прием ряда делегаций в кабинете Орджоникидзе. Серго посетили представители инструментального завода, а позднее директор московского автозавода И. А. Лихачев, который сообщил, что во дворе стоят первые пять автомобилей ЗИС-101, и все спустились их смотреть и только после осмотра каждой из них вернулись обратно[1095].

Народный комиссар тяжелой промышленности СССР Г. К. Орджоникидзе (крайний справа) беседует с директором Автомобильного завода им. Сталина И. А. Лихачевым (крайний слева) во время осмотра новых автомобилей ЗИС-101

1936

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 32. Д. 88]

Перечислим еще некоторые мероприятия с участием Серго, отраженные в публикациях «Правды». 4 ноября в 12 часов Орджоникидзе вместе с начальником Главстроя С. З. Гинзбургом прибыл на строительство станции метро «Киевский вокзал». Григорий Константинович посетил подземный вестибюль, осмотрел отделку станции, проверил ее качество. Затем Серго побывал на станции «Смоленская». В середине того же дня Орджоникидзе среди прочих членов правительства (Сталин, Каганович, Ворошилов, Чубарь, Микоян, Ежов, Литвинов, Крестинский, Розенгольц и др.) был приглашен председателем СНК СССР Молотовым на торжественный обед в Кремле по поводу приема председателя СМ МНР А. Амора[1096].

Пригласительный билет на Пленум 4 ноября 1936 года

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 1. Д. 68. Л. 3]

Пригласительный билет на торжественный вечер 4 ноября

1936 года

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 1. Д. 68. Л. 1]

В тот же день Серго был приглашен в 17 часов в Государственный Большой театр на торжественный пленум Октябрьского райкома Москвы с участием стахановцев и ударников района[1097].

Однако напряженный график, вероятно, не позволил ему посетить это мероприятие, хотя он, судя по пометке на приглашении (карандашная надпись «за»), и имел намерение это сделать. Не посетил он в тот день и в Большом зале консерватории торжественный вечер Метростроя, который также был назначен на 17 часов[1098].

Но в данном случае важен факт наличия подобных многочисленных ноябрьских приглашений, свидетельствующих о роли и популярности наркома.

5 ноября Орджоникидзе находился на своем рабочем месте в наркомате, а вечером на приеме у Сталина[1099]. 6 ноября Орджоникидзе присутствовал на торжественном заседании, посвященном годовщине Октябрьской революции в Большом театре, после чего в газете «Правда» появилась его совместная фотография со Сталиным, Кагановичем и Ворошиловым[1100]. 7 ноября Орджоникидзе присутствовал на трибуне Мавзолея на Красной площади во время демонстрации, и фотография фиксирует его хорошее состояние[1101].