Шедевры и преступления. Детективные истории из жизни известного адвоката

Жизнь очень причудливо разбросала моих одноклассников. Сережа Кузнецов стал профессором микробиологии в Германии, Дима Кирпотин – известный ученый в Сан-Франциско. Яша Лейбович, Миша Линдерман, Игорь Каплан жили в Штатах. Теперь в Москве они известные эпидемиологи, Леня Эпштейн и еще человек десять – в Израиле. Кто чем сейчас занимается, я не знаю, предполагаю, что наукой. Мы же все закончили лучшую спецбиологическую школу в Советском Союзе. Дружный и веселый был класс. Встречаемся с радостью до сих пор. А вот Давид и я в науку не пошли. Судьба распорядилась иначе. Давид Бройтман после школы сразу уехал с родителями в Израиль. Там волею Всевышнего и геополитической ситуации доисторической Родины загремел в армию. В какой-то суперспецотряд. И… сделал головокружительную карьеру в серьезной организации под названием «Моссад». Дослужился до самого-самого верха. Точно не знаю, но среди пятерки руководства «Моссада» всегда фигурировало его имя. Даже уйдя в отставку, он продолжал общаться с бывшими. Зачем? Очень просто. На вольных хлебах, если не сказать «на вольной маце», Давид открыл свою фирму, которая чем-то занималась, чем – непонятно, но при этом хорошо зарабатывала. Именно Давид Бройтман и встречал меня по собственной инициативе сегодня на Земле обетованной. Хотя я этого не просил.

– Hilton как всегда?

– Все верно. Ты получил мою эсэмэску? Я послал тебе фотку сразу после того, как вышел из конторы.

– Саш, дорогой, я бы точно сам встречать тебя не приехал, я прислал бы просто машину. А вечером бы поужинали вдвоем. Но когда я понял, во что ты вляпался, я приехал сам. У меня не очень много времени. Да и у тебя тоже, насколько я понимаю, дел до фига. Поэтому слушай меня внимательно. Папку со всеми необходимыми тебе справками и документами я тебе сейчас передам. Но на словах расскажу что-то очень важное. Готов? Организация называется «Асбат аль-Ансар» или «Лига партизан». Как ты понимаешь, мы хорошо ее знаем, но я не уверен, что ты о ней хотя бы что-то слышал. Эта очень страшная и коварная организация была создана в середине восьмидесятых шейхом Хишамом Шрейди. Официально сформировалась в самом начале девяностых. Как раз к распаду СССР, и мы уверены, что это неспроста. Штаб-квартира находится на территории одной из стран Ближнего Востока. Тебе не надо знать, где конкретно, но поверь, нам все известно. Целью организации всегда было якобы освобождение палестинских территорий от присутствия Израиля и других иностранных держав. Естественно, создание исламского государства с шариатской формой правления. Интересный момент: для них самое ужасное, что может произойти – это победа или достижение цели. Дело в том, что они сразу потеряют финансирование и защиту. Потом скажу чью – ахнешь. Что они делают у вас? Это легко. Вербовка и подготовка террористов, их переправка в точки исполнения принятого заказа, пропаганда религиозной ненависти (так у вас сейчас говорят?), самоокупаемость деятельности разными способами: от грабежей до афер. Все прочтешь. Костяк группировки – нелегалы. Основная деятельность – проведение акций по заказу и представление специально обученных подготовленных боевиков другим экстремистским организациям. По инициативе Бен Ладена на территории лагеря Айн аль-Хильва была организована подготовка боевиков для отправки в различные горячие точки. В том числе, в свое время и в Чечню. Основные враги: США, Израиль, Западная Европа, Россия. А теперь в кавычках самое смешное. «Асбат аль-Ансар» создан и финансируется ЦРУ. Не падай.

– Как? Ты с ума сошел?

– К сожалению, мы в этом уверены. Их изначальная идея была проста. Надо самим создать организацию, куда все примкнут или вольются, таким способом управлять движением и знать, как и каким образом оно развивается изнутри. Просто как здрасьте. Вот в это дерьмо вляпался мой обожаемый друг детства. Я тебя имею в виду. Теперь о фото, которое ты увидел в ФБР. Его, конечно, могли повесить на стену спецом для тебя. Но шансов на это мало. ФБР в этой игре ведут втемную. Они знают ровно столько, сколько им разрешают знать. То есть ничего. Скорее всего, портрет этого козла там висит давно и, как кажется Бюро, по делу. У нас, правда, с ним свои счеты. Слишком много крови он пролил в Израиле. Им же все равно, кого убивать: женщин, детей… разницы нет. Дальше – отчет и новое финансирование. Но наши-то думают и рефлексируют по-другому. В общем, парень приговорен. И мы до него доберемся. Поверь. Вот если по каким-то причинам ты с ним общаешься или встретишь где-нибудь, твоя главная задача – не быть в этот момент рядом. Скажу тебе правду: он года полтора назад исчез из нашего поля зрения. Но есть вероятность, что мы скоро его найдем. С твоей помощью или без, но найдем. Теперь об этой папке. То, что я могу тебе дать, я дал. Все документы на иврите. Захочешь – переведешь на русский. И последнее. Прости, но, когда я узнал, что ты его знаешь, и вы общаетесь, я должен был доложить. К тебе претензий нет. Просто должен был сказать. Коллегам, а потом тебе. И будь осторожен. Ты когда улетаешь?