«Когда мне было 23 года, я стала учительницей английского языка и освободилась от родительского плена. Меня поддержали ученики и директор. Откровение! Я также познакомилась с Матье, актером, вселившим в меня уверенность. Мне льстило, что у меня очень красивый парень. Спустя годы, в возрасте 28 лет, я встретила Дугласа. Мы поженились, будучи молоды и влюблены, но наши отношения довольно быстро распались. Он презирал то, какой я была. Я уехала из Фонтенбло, где реализовалась в своей работе, потому что его карьера была важнее моей: мы встретились в Париже. Из-за утомительного переезда мне было трудно забеременеть, когда все мои подруги были беременны. Я считала себя нулем. Я думала, что мне действительно повезло с Дугласом, мирившимся с этой ситуацией, женщиной, не способной даже иметь детей… Я прошла все виды лечения, но безуспешно, затем я получила работу в Париже и… забеременела! Я была так счастлива. Вторая беременность следовала за первой, и мы были в восторге. В тот момент Дугласу предложили работу в Англии. Я не была довольна этим, но после года поездок туда и обратно решила присоединиться к нему. Приехав в Лондон, я забеременела в третий раз, у меня родилась дочь, страдавшая от редкого заболевания, и это заставляло меня чувствовать себя очень виноватой. У меня больше не было уверенности в себе».
К сожалению, ее роль жены омрачила ее уверенный взгляд, искаженный кривым зеркалом. Ее внутренняя хрупкость ощутима. Постоянная критика отнимала уверенность и позволяла сомневаться, уменьшая самооценку. Отличающееся от других мам самоощущение утешило ее в восприятии своей недееспособности, особенно из-за редкой болезни дочери, за которую она очень жестко себя осуждала.