Синдром самозванки. Почему женщины не любят себя и как бросить вызов своей неуверенности

Нет необходимости спешить.

Не нужно блистать.

Вам необязательно быть кем-то другим, кроме себя.

Вирджиния Вульф

В некоторых культурах взгляд другого может быть смертельным. Так обстоит дело в Японии, где вопросы чести неотделимы от жизни в обществе. Таким образом, каждый год 100 000 человек исчезают, испаряются, чтобы не столкнуться с унижением, позором (разводом, банкротством). В своей книге «Испарившиеся»[91] Лена Могер и Стефан Ремаэль исследуют это леденящее душу явление. «Близкие считают социальное бегство ошибкой в пути. Для нас неудача недопустима. Это означает, что человек не выполнил свою миссию, не реализовал свою роль в обществе».

Представления о стыде и бесчестии не столь радикальны в нашем западном обществе; тем не менее, они могут принимать травмирующую форму: ослабляющую, делающую нас проницаемыми для взора другого, тяжелого, судящего и осуждающего взгляда.

Особенно взгляды общества определяют женщин (ведут в том или ином направлении), заключают в тюрьму (препятствуют их выбору). Это обусловливает их самооценку.

Стыд

Наше отражение в глазах других может сделать нас больше или меньше. Все, что нужно, – это посмотреть. Бремя чужих суждений давит незаметно, как открытая угроза. Ситуация Каролин прекрасно иллюстрирует это.

33-летняя Каролин потеряла работу руководителя группы в крупной косметической компании пять лет назад.

«В глубине души я знала, что без труда найду новую работу: у меня были степени, опыт и связи, но я не могла избавиться от чувства неудачи, стыда, осуждения. Как будто публичность поражения страшнее самой неудачи, чего, кстати, не было. Но меня определяла моя работа, и в конечном итоге это сказалось на моих отношениях.

Я жила с Батистом три года, он был директором престижного театра, и внезапно наличие безработного партнера стало неудобным для него.

Мы пошли ужинать с близкими друзьями, и я почувствовала, что он смущен и хочет сменить тему, когда я заговорила о своей ситуации. Это открыло мне глаза. После ужина у нас был серьезный разговор, и я поняла, что представление обо мне ему нравится больше, чем я сама.

На следующий день я собрала чемоданы, поселилась в отеле на неделю и проревела все это время. Эта ситуация немного подорвала мою уверенность в себе, но только временно. Потом я сняла в субаренду квартиру друга. Я не ответила ни на одно из тысячи сообщений Батиста, мне было слишком грустно и обидно.

Через три месяца я нашла более полезную и высокооплачиваемую работу в другой компании, а еще через шесть месяцев я нашла любовь всей своей жизни. Я снова столкнулась с Батистом на вечеринке в Париже, когда была беременна. Он был один, я была со своим возлюбленным. Я оглядывалась на свое время безработицы и искренне радовалась переменам, внесенным им в мою жизнь. Хотя в то время я не могла чувствовать ничего, кроме стыда и печали».

Каролин причинил боль не столько сам факт увольнения, сколько предположения и воображаемые ожидания о том, как на нее будут смотреть другие. Знаменитые другие, чей взгляд никогда не остается незамеченным.

Глубинное чувство стыда часто связано с нежеланием разочаровать (других) и ведет к ограничению убеждений о себе:

• страх быть не оцененным таким, какой вы есть;

• страх почувствовать себя униженным;

• страх быть отвергнутым.