Я подавился ромом. Не хватало мне ко всему прочему еще и глюков! Но я благоразумно промолчал. Короче, после третьего обволакивания были мы уже лепшими корешами. Дядя Миша все пытался обнять призрака Анджея за плечи, но его рука просто проходила сквозь того, как сквозь туман. Дядя Миша же упорно пытался повторить попытку после каждого стакана. Они на пару спели несколько каких-то тягучих польских песен; потом мы с дядей Мишей на пару спели несколько русских народных - чтобы потешить хозяина, так сказать. В без пяти четыре глюк вдруг вздрогнул и, вздохнув, прошелестел:
- Ну. мне пора! Сейчас петухи петь будут - нельзя мне задерживаться! Рад был знакомству с вами, ясновельможные паны, но закон есть закон. Вы заходите, я всегда вам буду рад! Мало ли там - явиться к кому надо, или еще как помочь!
- Ты это… погоди… - остановил его дядя Миша. - А на посошок? - И, разливая "на посошок", спрoсил, - А ты чего именно тут осел, Андрюха? Какое-то проклятье именно этого места?
- Да нет, просто меня тут большевики расстреляли. - ответил призрак, - вот я тут и мыкаюсь!
- Так а ты б на родину к себе! В Польшу! Там костелов да замков - немерянно, будешь хоть среди своих бродить! Погутарить будет с кем, выпить опять же! А то у нас тут народ дикий, призраков боится хуже горькой редьки!
- Это мысль! - изумленно прошептал призрак. - как же я сам не додумался! Ну, я пошел!
- Ээээ, нет, так не годится! -пристал к нему дядя Миша, - а обволочься "на коня"?
Стали обволакиваться "на коня", причем у нас обволакивание уже получалось не хуже, чем у хозяина; и тут закричал первый петух. Призрак испуганно вздрогнул и растаял какими-то клочками.
- Эх, жаль парня! - сокрушенно покачал головой дядя Миша, - Ну что за существование! Ни выпить тебе, ни баб, ни даже поговорить ни с кем! Не-е-е-е, Игорюха, если уж помирать - так уж насовсем!
Я согласно кивал головой и молча хлебал ром. Так посидели мы еще пару часов, а потом пошли прочь из костела. Окрестный люд, увидев нас вылезающими из окна, со страху бросился кто куда - кто бежать, кто в обморок; думали мы и есть привидения. Так что спор, в итоге, мы отспорили. Но вот с тех пор никто больше не видел призрака Анджея Глюка. Где он - ушел ли к своим, или задержавшись до первых петухов пропал совсем?
А костел, уже в пост-советские времена восстановили, и теперь там опять идут службы (или чего у них там, в костелах).
БреднЯ седьмая:
Как мы с дядей Мишей
помогали сельскому хозяйству.
После нашей с дядей Мишей победы над ужасом старого костела я стал еще более популярен среди местных любительниц астрономии. Днем я слегка помогал своей бабушке по хозяйству, ночью занимался астрономией и прочими науками; короче жил как мышь на складе сыра. Пару-тройку недель мне это еще нравилось, но к исходу четвертой недели я почувствовал, что нет во мне уже того священного трепета, с которым по-первости я ожидал наступленья темноты и зазвезденья неба. Начала меня одолевать какая-то смутная тоска, захотелось снова очутиться в машинном зале, возле своих любимых ЭВМ, ощутить вибрацию всех вентиляторов и прикоснуться к тайнам зеленого мерцания их экранов.
Короче, потянуло обратно в Мурманск, со всеми его карликовыми деревьями и прочими прелестями Крайнего Севера. Дров бабуле я напилил и нарубил достаточно, колорадского жука извел под корень, проблему демографического спада в районе тоже вроде бы как решил. Так вот сидел я в расстроенных чувствах ностальгии по далекому Северу и подумывал: а не выпить ли мне чего-нибудь покрепче молока. И только моя мысль стала оформляться в форму бутылки и стакана, как в сенях хлопнула дверь и в хату ввалился дядя Миша, весело звеня неизменной авоськой.
- Ну, привет, бездельник! - весело поприветствовал он меня.
- Я не бездельник, дядь Миш, - оживляясь, ответил я. - Я очень даже дельник, особенно после дельной дозы горючего!
- А, это запросто! - старый кэп зазвенел тарой, вытаскивая пузыри за горлышко да на солнышко, - с дозами горючего проблем нет и быть не должно! А я тут иду вот мимо, дай думаю, заскочу к Игорехе, тем более предлог есть!
- Какой предлог? - насторожился я, опасливо выглядывая в окрест себя страшную птицу обломаиста.
- Да вот, значит, пришел агитировать тебя за Советскую власть!
- Вай-вай-вай! - перепугался я, - может не надо, дядь Миш? Может, просто - выпьем?
- Выпьем, выпьем, - согласно закивал дядя Миша, - одно другому не мешает!
И, нацедив мне стаканчик своего любимого рому, дядя Миша сказал тост:
- Ну, значит, за сельское хозяйство, за его расцвет!
… - и его упадок, - закончил я, переводя дух после выпитого.
- Да ну тебя! - булькнул дядя Миша, - вечно ляпнешь чего под руку! Нет бы чего дельного сказал!
- А наливай по второй, дядь Миш!
- Во, вот это дельная мысль! - обрадовался дядя Миша и забулькал наливаемым ромом. - Жалко только редко приходят тебе в голову такие дельные мысли!
- А ты, дядь Миш, заходи почаще! - заулыбался я, - столько дельного от меня услышишь - устанешь наливать!