Словарь петербуржца. Лексикон Северной столицы. История и современность

ВЭ ВЕЦ НЕ ПЕВЕЦ – так в Петербурге шутили над широко известным в городе певцом-любителем адвокатом В. Цехановским, которого называли Вец (Добужинский, с. 131).

Г

ГАЗЕТУ БРАТЬ ТОЛЬКО В ПЕРЧАТКАХ – то есть быть вне политики (гвардейская поговорка).

ГАЗПРОМ СТОИТ ДОВОЛЬНЫЙ – ЕМУ НАСРАТЬ НА СМОЛЬНЫЙ – реакция петербуржцев на строительство офисного здания Газпрома «Охта-центр».

ГАРЬКАВАЯ СИМОНЯКА ТАМБАСНУЛА КОРЗУНА – мнемоническое правило, помогающее в шутливой форме запомнить названия и порядок следования улиц: Пограничника Гарькавого, Генерала Симоняка, Тамбасова, Солдата Корзуна (ПЧП, 1991, № 9).

ГАСТРОНОМ НА УЛИЦЕ РАКОВА ПОСТРОЕН ЗОДЧИМ ИЗ КРАКОВА. На самом деле здание на углу Садовой и Итальянской (бывш. Ракова) ул., в котором находится упомянутый гастроном, в 1811 г. перестроил архитектор Луиджи Руска по проекту С. П. Берникова. Ни тот, ни другой, похоже, никакого отношения к Кракову не имели. Внутри дом несколько раз перестраивался, в том числе в 1913–1915 гг. архитектором Я. З. Блувштейном, но и он работал в Петербурге – Петрограде – Ленинграде. Почему петербургский городской фольклор упорно настаивает на Кракове, не ясно (Ex libris, 1997, 17 апр.).

ГДЕ БОГ НЕ МОЖЕТ – МОТЯ ПОМОЖЕТ. Мотя Беспалый – обыкновенный василеостровский уголовник. Как утверждали обыватели, в 1920-х гг. он грабил только так называемых зажиревших буржуев-нэпманов. Бго биография окутана романтическим флером. Сохранилась легенда, как однажды этот милый робин гуд ради какой-то бедной старушки, у которой в германскую войну убили сына, ограбил ювелирный магазин, затем нанизал золотые украшения на веревочку и подбросил старушке в форточку. К той же веревочке был привязан червонец, на котором Мотя собственноручно написал: «Где Бог не может – там Мотя поможет». Весть об этой филантропической выходке Моти Беспалого мгновенно облетела весь город, а текст Мотиной записки превратился в поговорку (Шефнер 1977, с. 213).

ГДЕ СОЛЬ, ТАМ И ПЕРЕТЦ – так говорили в Петербурге о поставщике соли двора его императорского величества А. И. Перетце.

ГДЕ У ВАС ЛЮСТРА ИЗ КОСТЕЙ ПЕТРА ВЕЛИКОГО? – шутливо о чем-либо абсурдном (БСРЖ).

ГЕДЕОН НАЖИЛ МИЛЛИОН – такая поговорка сложилась в народе про настоятеля Троицко-Сергиевой пустыни Гедеона, большого любителя роскоши (Пыляев 1994, с. 186).

ГИ – эти инициалы на касках воспитанников Горного корпуса шутники расшифровывали как: 1) голоштанные инженеры, – 2) голодные инженеры (Скалъковский, с. 140).

ГИОП ТВОЮ МАТЬ – ругательство. ГИОП (Государственная инспекция по охране памятников) в советские времена была формальным органом, который тем не менее, по мнению ленинградцев, нес ответственность за гибель и разрушение многих памятников истории и культуры Ленинграда.

ГНАТЬ, И ГНАТЬ, И ГНАТЬ ЕГО – каламбур, связанный с фамилией петербургского генерал-губернатора (1854–1861 гг.) П. Н. Игнатьева (Поэты «Искры», т. 2., с. 377).

ГОГОЛЕВСКИЕ ВРЕМЕНА – давние времена (Фонякова, с. 186).

ГОГОЛЕВСКИЙ НОС – издевка над длинным, как у Гоголя, носом (КП, 2005, 3-10 нояб.).

ГОГОЛИ, КОТОРЫЕ БЫ НАС НЕ ТРОГАЛИ – то есть «мы разрешаем критику, которая нас не задевает» (Невское время, 2004, № 143).

ГОЛОВУ ЗАБРОСИВ, ШЕСТВУЕТ ИОСИФ – двустишие об Осипе Мандельштаме (Дитц, с. 27).

ГОЛОДАЙ ДА ХОЛОДАЙ, А КОЛОДНИКУ ОТДАЙ. Согласно одной из версий народной этимологии, происхождение названия острова Голодай связано с арестантами, которые в XVIII в. содержались в остроге на этом безлюдном островке. Заключенные существовали в основном за счет подаяний горожан. Для этого их специально водили в колодках по городу. В Петербурге им сочувствовали, о чем красноречиво говорит приведенная поговорка.

ГОЛОДНЫЕ ИНЖЕНЕРЫ – см. «ГИ».

ГОЛОШТАННЫЕ ИНЖЕНЕРЫ – см. «ГИ».

ГОРЕМЫЧНАЯ РОССИЯ ИСПРОХВОСТИЛАСЬ И РАСПУТНОЙ СТАЛА – каламбур, обыгрывавший фамилии министров царского правительства Горемыкина и Хвостова и старца Григория Распутина (Колоницкий, с. 322).

ГОРОД КАМЕННЫЙ, А ЛЮДИ В НЕМ ЖЕЛЕЗНЫЕ – о блокадном Ленинграде и блокадниках.

ГОРОД НЕБРИТЫХ МУЖЧИН И НЕРЯШЛИВЫХ ЖЕНЩИН – так будто бы отозвался о Ленинграде французский актер Жерар Филип после посещения его в 1960-х гг.

ГОРОД ТОЛСТЫХ ЖЕНЩИН И ЖЕЛТЫХ АБАЖУРОВ – то же самое.