Социальная философия: учебник для вузов

Анализируемая опасность является глобальной не только по своей распространяемости: она – звено в той зловещей цепочке «взрывоопасных» проблем, преднамеренное или случайное детонирование любого звена в которой положит конец земной цивилизации. И в то же время вандализация культуры сама выступает в качестве одного из потенциальных детонаторов, серьезного препятствия на пути выработки основными социальными силами современности нового политического мышления. Вандализация культуры и новое политическое мышление – процессы-антиподы, они диаметрально противоположны по своей направленности, если учесть, что новое политическое мышление призвано придать большую цивилизованность и международным отношениям, и формам классовых отношений внутри каждой из стран, и характеру межнациональных отношений.

В качестве одной из общих причин вандализации культуры следует указать на технизацию (в ущерб гуманитаризации) общественной жизни человечества и нарушение того оптимума в системе «цивилизация – культура», который относительно выдерживался на предшествующих цивилизационных стадиях («волнах»).

Вандализация культуры, дегуманизация личности происходят не только за счет объективно складывающихся социальных условий. В этом же направлении действует пропагандистская машина любого эксплуататорского общества, любого тоталитарного режима.

В свою очередь, указанное выше нарушение оптимума «цивилизация – культура» в основательной степени связано с выходом в конце XIX в. и, особенно, в XX в. на авансцену истории радикально настроенных, но недостаточно культурных масс. Разумеется, речь идет не об отрицании прогрессивного (в целом) характера деятельности масс. Во-первых, вторжение широких масс в сферу активного исторического творчества не есть причина разыгравшихся в двадцатом веке трагедий: сам этот выход был следствием неприемлемого для масс, антигуманного хода общественного развития. Следовательно, между этими трагедиями (две мировые войны, кровопролитные революции) и невиданной доселе активностью масс связь не причинно-следственная, а функциональная. Во-вторых, выход масс в сферу активного исторического творчества представляет собой явление в целом прогрессивное, хотя и сопровождающееся значительными и долгосрочными социокультурными издержками.

Внешние по отношению к нашей стране вандализационные факторы воздействовали на советскую культуру и образ жизни в той степени и в тех формах, в каких это допускало внутреннее состояние нашего общества. Внешнее воздействие накладывалось на культурный уровень страны, которая до начала революционных преобразований была крайне отсталой в этой отношении. Вандализации культуры способствовали деформационные процессы, которые, возникнув в политической надстройке, перекинулись в первичные сферы общественной жизни – экономическую и социальную. Отсюда – общая социальная коррозия, негативно сказавшаяся на культуре общества, на его духовном облике и настрое. Небывалый для нашей страны рост преступности, являясь следствием вандализации культуры, выступает в то же время как стимулятор и мультипликатор дальнейшей вандализации. Под воздействием миллионов, получивших «воспитание» и «довоспитание» в репрессивных учреждениях, наша культура все более становится лагерной, происходит смешение криминальной и обычной зон жизни, криминальным становится наше мышление, а язык – «блатным», вульгарным, ненормативным. «Остаточный подход» к культурной сфере – тоже не что иное, как симптом вандализации.

Если вспомнить, что производство и воспроизводство общественной жизни есть производство и воспроизводство материальных и духовных благ, производство и воспроизводство общественных отношений, производство и воспроизводство самого человека, то обнаруживается, что вандализация культуры оказывает пагубное воздействие на каждую из этих сторон общественной жизни. Ее нельзя свести только к уничтожению материальных и духовных ценностей в узком, прямом смысле слова. Происходит вандализация культуры отношений – межличностных (например, «внеуставные отношения» в армии), сексуальных (растущая половая распущенность), межнациональных (национальная неприязнь) и т. д. Происходит и вандализация самого человека: в одних случаях неусвоение, в других – подтачивание высоких нравственных ценностей.

Культура и будущее человечества

И все же не хотелось бы главу о культуре кончать на столь пессимистической ноте. Но что может вселять оптимизм в этой отнюдь не радостной ситуации? И мы снова, в который раз, возвращаемся к двум извечным (по крайней мере для российской общественной мысли) вопросам: «Кто виноват?» и «Что делать?». А в поисках ответа на эти вопросы придется обратиться к сущности самой культуры, к ее внутренней структурированности.