Советская нация и война. Национальный вопрос в СССР, 1933–1945

Вскоре после начала деятельности инициативной группы от ее участников в советское правительство стали поступать коллективные и индивидуальные заявления, которые включали в себя следующие требования: предоставление национальной автономии, амнистия и разрешение свободного проживания для бывших руководящих работников Калмыцкой АССР, оказание срочной помощи депортированным калмыкам. Д. Г. Гахаев направил в советское правительство письма с требованиями «дать автономию», «дать указания о равноправии коммунистов и необходимости произвести проверку наших рядов», «сселить в одно место и держать на казарменном положении семьи предателей», «возместить скот честным колхозникам», «оставить фронтовиков на фронтах», «оказать материальную помощь», «рассеять неправильное представление о калмыках… калмыцкий народ в основном морально здоров, был, есть и будет патриотом своей Родины». В письме на имя М. И. Калинина Гахаев просил его ответить на такие вопросы: «Неужели калмыцкий народ должен умереть голодной смертью среди своих советских людей и в своей Советской стране? Неужели преследуется виновность по крови? Неужели целая нация должна отвечать за преступления ничтожного меньшинства?»[1467]

Д. Б. Утнасунов, Д. Л.-Г. Андраев, С. Менкеев, Ц. К. Корсункиев и Д. Г. Гахаев направили коллективное заявление в Комиссию партийного контроля ЦК ВКП(б). В первой части заявления авторы цитировали речь И. В. Сталина на XII съезде ВКП(б) «о значении калмыков, о достижениях Калмыкии», делая вывод, что, «исключая незначительную часть, калмыки выполнили свой долг перед Родиной». Далее они приводили «ряд фактов о тяжелом положении калмыков» и, наконец, в третьей части выдвигали требования «создать национальную автономию, создать Правительственную комиссию по проверке положения калмыков, оказать срочную материальную помощь, наказать действительных пособников немцев»[1468]. Письмо было адресовано на имя секретаря ЦК ВКП(б) и председателя Комиссии партийного контроля А. А. Андреева (Д. Б. Утнасунов в период учебы в Москве слушал выступления А. А. Андреева и «вынес хорошее впечатление о нем»). Участники группы решили, что человек такого масштаба, как А. А. Андреев, «обязательно разберется в нашем вопросе и, если будет нужно, дойдет и до [И. В.] Сталина». Но проходили месяцы, а ответа не было. Отсутствие результата участников группы «сильно огорчило, но не остановило». Они продолжали писать письма и ждать[1469].

В ноябре 1944 г. письмо на имя И. В. Сталина направил Д. П. Пюрвеев, в котором просил главу государства оказать калмыкам продовольственную помощь, принять меры к предотвращению дальнейшего увеличения смертности, улучшить хозяйственное и продовольственное обеспечение калмыцкого населения [1470].

Поздней осенью 1944 г. Д. Г. Гахаев, Ц. О. Саврушев, Д. Б. Утнасунов, И. Мацаков и Мукоокуев провели собрание, на котором приняли решение писать петицию о переселении калмыков в Ойротию или Бурят-Монголию. После этого в государственные органы от представителей калмыцкого населения стали поступать многочисленные заявления, требовавшие «предоставления калмыкам автономии в рамках Ойротии, Бурят-Монголии, Хакасии или Внешней Монголии». Причина требования автономии именно в составе этих республик и стран заключалась в общности этнического происхождения и буддийского вероисповедания, на что прямо указывали члены инициативной группы[1471]. Отметим, что в отношении Монголии и Бурят-Монголии эти утверждения соответствовали истине, однако в части Ойротии — не были вполне корректными: алтайцы являются народом тюркского, а не монгольского происхождения, хотя их традиционная религия (бурханизм) зародилась под влиянием монгольского буддизма. Очевидно, в заблуждение вводило название этого региона, которое перекликалось с названием ойратов — предков калмыцкого народа[1472]. В отношении Хакасии утверждения о близком родстве с калмыками не представляются обоснованными: хакасы — народ тюркского, а не монгольского происхождения, по вероисповеданию — не буддисты (частично православные, частично приверженцы шаманизма и других традиционных верований).

Очевидно с целью подстегнуть подачу петиций со стороны калмыцкого населения, участники инициативной группы информировали калмыков через свои связи о том, что якобы «калмыцкий вопрос уже разрешается», что работают соответствующие комиссии, в результате чего калмыкам вновь дадут национальную автономию. Калмыцкое население охотно верило этим слухам[1473].