Советская нация и война. Национальный вопрос в СССР, 1933–1945

В конце 1942 г., в связи с ухудшением положения на фронте и истощением людских ресурсов Германии, в вермахте стали поднимать вопрос о форсировании процесса вербовки «добровольцев» из числа граждан СССР[1633]. «Восточные части», ранее функционировавшие разрозненно, были институционализированы. В январе 1943 г. в рамках ОКХ было создано Управление восточных войск во главе с генерал-лейтенантом X. Хельмигом[1634]. По приказу начальника Генштаба ОКХ К. Цейтлера от 29 апреля 1943 г. всем «добровольцам» предоставлялась свобода выбора — остаться служить в вермахте или выбрать один из «национально-освободительных легионов»[1635]. Целевой группой для вербовки в состав легионеров были прежде всего окруженцы, осевшие в деревнях, и красноармейцы, которые при отступлении Красной армии через их родные места остались дома. Вербовались в легионеры и мужчины из числа жителей оккупированной территории, а также женщины (для службы в небоевых частях)[1636].

Наиболее значимым по численности и пропагандистскому воздействию легионом являлась Русская освободительная армия (РОА), о вступлении в ряды которой на оккупированной территории СССР велась усиленная пропаганда. В ряде городов, в том числе Киеве, Орле и Смоленске, были созданы «офицерские школы», где проходили обучение бывшие советские военнопленные, из которых готовили командиров рот и начальников отделений пропаганды РОА. В каждой школе проходили обучение 250–300 человек. Тем не менее реальная мобилизация в РОА на оккупированной территории СССР так и не была осуществлена. Оккупанты опасались, что такая «русская армия» станет неуправляемой. Русская освободительная армия никогда не являлась единым военным формированием, а была собирательным названием для отдельных «добровольческих» подразделений, приданных частям вермахта[1637].

В сентябре 1943 г. белый эмигрант, генерал П. Н. Краснов был назначен главой Центрального казачьего управления вермахта[1638]. Он вплотную занялся созданием казачьей дивизии, которая была сформирована под командованием Г. фон Паннвица в Млаве (Польша) в сентябре 1943 г. В ее составе было 18 тыс. человек, из них более 5 тыс. немцев[1639]. В октябре 1943 г. дивизия была отправлена в Югославию для участия в карательных операциях против партизан И. Б. Тито[1640].

В Прибалтике, где вербовка добровольцев в боевые части началась раньше других оккупированных территорий СССР, она не была достаточно успешной. В Эстонский легион СС, о создании которого было объявлено в августе 1942 г., к середине октября 1942 г. удалось набрать только 500 человек[1641]. После того как была объявлена мобилизация мужчин 1925 года рождения, сформировать Эстонский легион СС удалось к марту 1943 г., после чего он был отправлен на северный участок Восточного фронта, где в ноябре 1943 г. принял участие в боях под Невелем. В Латвии окаупанты не решились провести тотальную мобилизацию, а были вынуждены ограничиться созданием нескольких батальонов «добровольцев»[1642]. Латышский легион СС был набран к февралю 1943 г. на «добровольно-принудительной» основе[1643]. В Литве набрать добровольцев в части СС не удалось[1644]. 17 марта 1943 г. СС прекратил усилия по вербовке в этом регионе, а литовцы были провозглашены «недостойными носить форму СС»[1645].

Рост потерь вермахта во время Сталинградской битвы заставил руководство Третьего рейха принять решение о проведении на оккупированной территории СССР принудительной мобилизации, которая началась в феврале — марте 1943 г. с предварительной регистрации мужчин в возрасте от 14–18 до 50–60 лет. Затем была объявлена мобилизация в полицию, которой подлежал каждый здоровый мужчина под угрозой подвергнуться расправе как «партизан» и спровоцировать репрессии в отношении своей семьи. За счет принудительной мобилизации оккупантам удалось сформировать полицейские[1646] и другие части, которые также использовались для охраны железных дорог и военных объектов, в качестве различных вспомогательных и тыловых подразделений и для прикрытия отступавших немецких войск.

Зимой 1942/43 г. в глубине оккупированной территории СССР происходила замена некоторых гарнизонов вермахта коллаборационистскими частями и отправка высвободившихся немецких частей на фронт[1647]. Мобилизация населения оккупированной территории СССР в боевые и вспомогательные части вермахта способствовала сокращению некомплекта личного состава германской армии. Если к 1 июня 1943 г. некомплект в вермахте составлял 620 тыс. человек, то к 1 июля 1943 г. путем сокращения штатов, реорганизации и мобилизации коллаборационистов некомплект был снижен до 194 тыс. человек. С августа 1943 г. по штату в пехотной дивизии вермахта состояло 10,7 тыс. бойцов и 2 тыс. коллаборационистов[1648].