Советская нация и война. Национальный вопрос в СССР, 1933–1945

В конце 1943 г. — начале 1944 г. была развернута кампания по осуждению «националистических проявлений» в творчестве известного украинского драматурга А. П. Довженко. Такие «проявления» у писателя отмечались органами НКВД и ранее — например, в июле 1943 г. он возмущался тем, «почему создали польскую дивизию, а не формируют украинских национальных частей». В декабре 1943 г. Управление пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) подвергло критике повесть А. П. Довженко «Победа», в которой были «отчетливо выражены чуждые большевизму взгляды националистического характера», так как автор «настойчиво пытался убедить читателей в том, что за Украину борются якобы только украинцы». Особое осуждение вызвали слова, в которых про украинский народ говорилось так: «Единственный сорокамиллионный народ, не нашедший себе в столетиях Европы человеческой жизни на своей земле… народ растерзанный, расщепленный». (Эти слова вступали в прямое противоречие с фактами существования украинской государственности в рамках СССР и объединения подавляющего большинства украинского народа в рамках УССР в 1939 г.) Отмечалось также, что «во всей повести… Украина ни разу не названа Советской Украиной». Осуждение вызвали и такие слова А. П. Довженко: «Помните, на каких бы фронтах мы сегодня ни бились… мы бьемся за Украину!» Хотя ранее аналогичные призывы широко применялись в пропаганде («На берегах Азовского моря, в степях Украины, в русских равнинах и под Ленинградом ты защищаешь солнечную Туркмению»; «Где бы вы ни находились — вы защищаете свой родной Азербайджан»; «На каких бы рубежах они [представители народов СССР] ни бились с врагом, они вместе с русским народом защищают свою национальную свободу»)[2232], теперь такие «настроения» стали считать проявлением национализма.

В итоге повесть А. П. Довженко «Победа» была запрещена к публикации. 31 января 1944 г. на заседании политбюро ЦК ВКП(б) было проведено обсуждение киноповести А. П. Довженко «Украина в огне», которую И. В. Сталин оценил как «националистическое произведение». 21 февраля 1944 г. А. П. Довженко был исключен из Всеславянского антифашистского комитета. В эти дни он записал в своем дневнике: «Не буржуазный я и не националист. И ничего, кроме добра, счастья и победы, не желал я и русскому народу». Тем не менее от своих взглядов он не отказался. В докладной записке наркома госбезопасности В. Н. Меркулова от 31 октября 1944 г. указывалось, что А. П. Довженко, «внешне соглашаясь с критикой его киноповести „Украина в огне“, в завуалированной форме продолжает высказывать националистические настроения»[2233].

Кроме А. П. Довженко, под удар попали другие украинские историки и публицисты, которые, по мнению властей, утверждали, что во время оккупации «попали под тяжкий гнет только украинские земли», «воюют против немцев… одни украинцы», а также не показывали «связь украинской культуры с русской культурой». Было выявлено, что выпускавшиеся на Украине газеты «крайне мало публикуют материалов о дружбе народов СССР, о совместной борьбе украинского народа и всех других народов СССР против немецких поработителей» и «не публикуют материалов, разоблачающих подлую роль украинско-немецких фашистов»[2234].

Несомненно, что А. П. Довженко придерживался совсем не оуновского национализма, а скорее «советского» национализма, стремясь поднять политический уровень второго по численности народа в СССР. Тем не менее борьба с проявлениями «украинского национализма» в литературе коррелировалась с начавшейся после освобождения Украины борьбой с ОУН. 1 марта 1944 г. Н. С. Хрущев на сессии Верховного Совета УССР, материалы которой были опубликованы в «Правде», открыто заявил о проблеме украинского национализма, расцветшего во время оккупации[2235].

Наиболее сложная политическая ситуация сложилась на Западной Украине, где ярко проявилась повстанческая деятельность украинских националистов. Ситуация в этом регионе осложнялась слабостью советской пропаганды. К сентябрю 1944 г. население Западной Украины в большинстве городов, и особенно сел, не получало почти никакой советской политической информации. Здесь почти не было библиотек. Большинство назначенных агитаторов на практике не делало никакой работы. Из числа имевшейся в УССР 791 киноустановки на Западной Украине работало всего двенадцать. В этом регионе и после освобождения были широко распространены антисоветские книги. Власти отмечали, что «по наиболее важным вопросам истории Украины… нет никакой марксистской литературы, ничего не пишется по этим вопросам также в газетах и журналах». К ноябрю 1945 г. во Львове не издавалось газет на русском языке, не было русского театра, все вывески были на украинском языке[2236]. (Русскоязычная газета («Львовская правда») стала издаваться с марта 1946 г., а русский театр открылся во Львове только в 1954 г., причем его функции выполнял театр Прикарпатского военного округа.)