Советская нация и война. Национальный вопрос в СССР, 1933–1945

18 мая 1944 г. в кафедральном патриаршем Богоявленском соборе в Москве состоялось отпевание и погребение патриарха Сергия, на которое «собралась огромная масса верующих». На этом траурном мероприятии в качестве представителя СНК СССР присутствовал Г. Г. Карпов[984]. Совнарком выразил Священному синоду РПЦ официальное соболезнование[985]. В своем ответном послании митрополит Алексий высказал правительству «глубокую благодарность за его высокое внимание к нашей Православной церкви»[986].

В посланиях иерархов РПЦ и иных церковных материалах 1944–1945 гг. отношение к руководству страны выражали такие слова: «Чувство самой искренней любви», чувства «глубокой… любви и благодарности», «уверения в… искреннем и глубоком уважении», «искренние благодарные чувства». И. В. Сталин именовался «Богоданным Вождем», «дорогим», «мудрым», «Богопоставленным Вождем… народов нашего великого Союза», «глубокочтимым», «любимым… Верховным Вождем», «величайшим из людей современной нам эпохи», «гениальным вождем многомиллионного государства», «родным», «глубокоуважаемым», «нашим Великим Сталиным». Отношение государства к церкви характеризовалось как «любвеобильное», «высокое внимание», «отеческая забота»[987].

В обращениях церкви к советскому руководству присутствовали заверения в лояльности. Митрополит Алексий в своем послании И. В. Сталину от 19 мая 1944 г. писал, что позиция церкви — это «неизменная верность Родине и возглавляемому Вами Правительству нашему», а также выразил уверенность, что, «действуя в полном единении с Советом по делам Русской Православной Церкви, я вместе с… Священным Синодом буду гарантирован от ошибок и неверных шагов»[988]. Свою лояльность церковь показывала продолжением материальной помощи государству. К 1 октября 1944 г. РПЦ пожертвовала 150 млн рублей[989], а всего за время войны — 300 млн рублей. В октябре 1944 г. митрополит Алексий сообщил И. В. Сталину о начале всецерковного сбора «пожертвований в фонд помощи детям и семьям бойцов доблестной Красной армии». В то же время государство предпринимало конкретные шаги по выражению благодарности церкви. В частности, в октябре 1944 г. группа священнослужителей Москвы и Тулы во главе с митрополитом Николаем была награждена медалями «За оборону Москвы»[990].

Размах нового Поместного собора, назначенного на 31 января — 2 февраля 1945 г., существенно отличался от предыдущего (сентябрь 1943 г.), и подготовка к нему началась заблаговременно. 12 сентября 1944 г. Совет по делам РПЦ утвердил «План мероприятий в связи с проведением предсоборного совещания епископов и поместного собора», согласно которому была поставлена задача оказать всемерную материально-техническую помощь патриархии в организации собора, а также осуществлять контроль над содержанием политических заявлений, которые должны были быть сделаны на соборе[991].

На соборе председатель Совета по делам РПЦ Г. Г. Карпов произнес речь, в которой подчеркнул патриотическую роль РПЦ. Было отмечено, что церковь «в дни тяжелых испытаний, которым неоднократно подвергалась наша Родина в прошлом, не порывала своей связи с народом, жила его нуждами, чаяниями, надеждами и вносила свою лепту в общенародное дело», «с первого дня войны приняла самое горячее участие в защите Родины»[992]. Эти слова Г. Г. Карпова резко контрастировали с выражениями, употреблявшимися в советской довоенной пропаганде. Очевидно, как за годы войны кардинально изменилась трактовка роли Русской православной церкви в истории страны.

О содержании политики государства в отношении церкви Г. Г. Карпов сказал на соборе, что «ни в какой мере не вмешиваясь во внутреннюю жизнь Церкви, Совет [по делам РПЦ] способствует дальнейшей нормализации отношений между Церковью и Государством, наблюдая за правильным и своевременным проведением в жизнь Законов и Постановлений Правительства, относящихся к Православной Русской Церкви». Эти положения нашли отражение в принятом Поместным собором 31 января 1945 г. обращении к правительству СССР: «Во всей своей жизнедеятельности наша церковь встречает полное содействие в своих нуждах со стороны Правительства». В принятом собором «Послании к преосвященным архипастырям, пастырям и всем верным чадам Русской Православной Церкви» предписывалось делать все, «чтобы наша… Церковь, как и древле, сияла верою и благочестием, и служила опорой могущества и процветания нашей Родины». Поместный собор избрал митрополита Алексия патриархом Московским и всея Руси. На интронизации нового патриарха присутствовал Г. Г. Карпов[993]. 28 января 1945 г. СНК СССР утвердил «Положение об управлении РПЦ», которое установило регламент административного управления Церковью, определив полномочия и функции Поместного собора, патриарха и Священного синода[994]. 10 апреля 1945 г. патриарха Алексия приняли И. В. Сталин и В. М. Молотов[995].