Spartan up! Руководство по устранению препятствий и достижению максимальной производительности в жизни

4. Почему здесь важно умение быстро принимать решения? Вам не захочется тратить больше времени, чем требуется на принятие решений. Это прозвучит жёстко, но никто из нас не может знать наверняка, что через минуту ещё будет жив. Если вы это поймёте, вы не захотите тратить время на непродуктивные занятия. Если вы научитесь быстро принимать верные решения, у вас появится время насладиться плодами этих решений.

Я всегда стараюсь смотреть на выгоды каждого решения в противоположность его минусам. Вы должны ценить:

– здоровье в первую очередь;

– семью во вторую;

– бизнес в третью;

– веселье и удовольствия в четвёртую.

У большинствах людей эти приоритеты вывернуты наизнанку, тогда как я выстраиваю свои решения, опираясь именно на такую иерархию приоритетов. Если я вдруг застреваю в фойе отеля на целый час перед встречей, ожидая кого-нибудь, разумеется, мне будет в удовольствие посмотреть телевизор. Но вместо этого я решаю сделать растяжку – не беспокоя при этом других гостей, – чтобы с максимальной пользой для своего здоровья использовать представившееся мне время и место, ставя его выше удовольствия от просмотра ТВ.

Истинное понимание природы времени помогло мне преодолеть многочисленные трудности и одолеть многие соревнования за долгие годы. И хотя в каком-то смысле время наш враг, оно также позволяет нам разбирать нашу боль и распределять её так же, как вы привыкли это делать, получая свои вознаграждения.

Преодолеть всё то, что приносит нам психологическую боль, можно, если справляться с этим постепенно, понемногу. Разум не может совладать с громадным айсбергом боли, вдруг вырастающим перед ним, но он может справиться с небольшими крупицами, которые рано или поздно закончатся. Так что вместо того, чтобы думать: «Ох, мне предстоит пройти двадцать четыре мили…», сосредоточьтесь на том, чтобы добраться до следующего телефонного столба, который видите в отдалении. Не важно, бежите вы двадцать миль или сто двадцать, дистанцию нужно разбивать на отдельные мили, чтобы ментально и физически справляться с ними по одной за раз. Способность структурировать боль на эти небольшие по размеру отрезки имеет ключевое значение.

В доисторическую эпоху люди выслеживали свою добычу и изматывали её преследованием, охотясь до тех пор, пока зверь не будет измождён. Способность «захватывать» более важную цель очень ценна, с ней проще охотиться. Вот почему тренировки в компании с кем-то или участие в забегах с соперниками оказывают настолько более мощный эффект – потому что вы как бы на охоте. Человек уникальным образом эволюционировал так, что научился по многу дней преследовать добычу, невзирая на то, что эта добыча порой двигалась быстрее его самого. Это классическая метафора о зайце и черепахе. Многие животные быстрее нас, но в конечном счете побеждаем мы.

Я могу по целым дням неутомимо продвигаться по дистанции очередной гонки на выносливость, но решения, как тривиальные, так и в корне меняющие мою жизнь, принимаю за секунды. И хотя это может показаться противоречием, такой подход на самом деле отражает ещё один аспект спартанской философии. Мы решительны, но не просто решительны. Мы решительно быстры. Чтобы стать спартанцем, вы должны быстро принимать решения. Подождите слишком долго и проиграете. А если уже проигрываете, проигрывайте быстро, забывайте об этом, двигайтесь дальше и начинайте побеждать. Я много раз выучивал этот урок на Уолл-стрит: порой нужно уметь быстро признавать потери, чтобы позже не оказаться в полной жопе.

Я был решителен и быстр во всех аспектах своей жизни, даже в своих отношениях с женой. Я познакомился с Кортни на эстафетном триатлоне в Нантакете в июне 2001-го. Я жил полной жизнью, работая на Уолл-стрит, и в общем-то не собирался жениться. Я только что закончил плавательный отрезок гонки и начал забег и в этот момент повернул голову и увидел эту девушку. Я подбежал к ней, остановился и встал рядом, попивая воду. Она заметила, что я бегу босиком, и спросила, как «себя чувствуют твои ножки». Большинство пловцов, включая и меня, передали эстафету в руки партнёров по команде, которым теперь предстояло бежать по острой каменистой тропе, на которой мы в тот момент стояли. Я решил продолжать бежать до конца гонки, даже передав эстафету партнёру. Я был единственным, кто бежал босиком… в промокшем плавательном костюме.

В первые тридцать секунд разговора с Кортни я понял, что она та самая. Я, должно быть, выглядел безумцем – босой и в мокром костюме посреди людей, одетых в шорты и беговые кроссовки, – но она не переставала улыбаться мне. Может, думала, что я какой-то псих. Она поняла меня, и меня как молнией поразило. Я никогда всерьез не задумывался о женитьбе и никогда по-настоящему не испытывал какого-то давления, которое подталкивало бы меня к тому, чтобы «остепениться». Но в то мгновение рубильник переключился, и я знал, что сделаю эту женщину своей женой. Всё было вот так просто.