Спасая Сталина. Война, сделавшая возможным немыслимый ранее союз

Тщеславие янки перебило остатки той горечи. Да, люди признавали, что США терпели поражение за поражением, но (а это «но» было почти всегда, потому что «япошки» атаковали исподтишка) идея «преподать им урок» стала всеобщей американской мантрой в январе и феврале 1942 года. Затем последовали победы японцев в Сингапуре, в Яванском море, Индийском океане и на Филиппинах. Белые люди не должны были проигрывать войны желтым. Длинные очереди, нормирование еды, дефицит нейлоновых чулок, отмененные спортивные соревнования – эти небольшие неприятности, объединившие страну в январе, к началу апреля несколько охладили пыл американцев. Женщины скучали по чулкам, мужчины – по сигарам. Самым страшным ударом той весной стало падение Коррехидора[211]. В письме президенту накануне капитуляции генерал Джонатан Уэйнрайт, командующий гарнизоном Коррехидора, писал: «С разбитым сердцем, с головой, склоненной от бесконечной печали, а не от стыда, с чувством гордости за своих храбрых воинов я иду на встречу с японским командующим».

В начале июня победа над японцами в Битве у атолла Мидуэй вернула американцам уверенность в своих силах. Четвертого июня группа кораблей ВМС США, состоявшая из трех авианосцев, обрушилась на превосходящие силы противника к северо-востоку от атолла и потопила четыре передовых японских авианосца, потеряв свой авианосец «Йорктаун». В официальном коммюнике от 6 июня адмирал Честер Нимиц, главнокомандующий Тихоокеанским флотом США, заявил, что Перл-Харбор «частично отомщен». Нимиц был прав, сделав оговорку. После падения Коррехидора в плен попали более 60 тысяч американских солдат, из них семь тысяч так и не вернулись домой.

7Самое долгое лето

В начале июня 1942 года в американский лексикон вошли два новых слова: названия аляскинских островов Кыска и Атту. Своей внезапной славой острова обязаны событиям у атолла Мидуэй. Накануне битвы большая японская оперативная группа двинулась на север, чтобы отвлечь морпехов и летчиков, защищавших Мидуэй. Уловка не удалась, но Кыска и Атту были захвачены, что открывало для Японии черный ход в Советский Союз. В телеграмме Сталину от 9 июня Рузвельт предупредил, что «ситуация на Аляске и в северной части Тихого океана развивается таким образом», что указывает на подготовку Японии «к операции против советского Приморья». Он добавил, что верит в «оперативный обмен подробной информацией… имеющей непосредственное отношение к нашей общей безопасности». В Лондоне и Москве также росло чувство безотлагательности. За исключением Мидуэя и Москвы, у союзников не было ни одного крупного успеха в первой половине 1942 года. В 1941 году британский гарнизон ливийского портового города Тобрук, частично состоявший из австралийцев, выдержал восьмимесячную осаду. В июне 1942 года, сражаясь с тем же противником на той же территории и превосходя врага в бронетехнике и артиллерии, британские силы, состоявшие в основном из английских южноафриканцев и африканеров, потерпели поражение. В результате битвы 33 тысячи человек сдались в плен, оставив на холмистых равнинах артиллерийские орудия и разбитые танки с написанными на бортах названиями вроде «Доблестный» и «Крестоносец». В России в июне того же года осада Севастополя, легендарного царского курорта, вступала в заключительную фазу. В разгар июньских боев люфтваффе сбросили на город 20 528 тонн бомб, а армия задействовала новый класс артиллерийского супероружия, включая 283-мм железнодорожную пушку и две новые 600-мм мортиры «Тор» и «Один».

С наступлением лета война вовсю шагала по городу – от улицы к улице, от дома к дому и, наконец, под землю, в канализацию. Питаясь сухарями и крысиным мясом, защитники продержались до середины июля. Чтобы поднять боевой дух, за несколько недель до падения Севастополя Молотов в своей речи в Верховном Совете СССР озвучил сказочную версию визитов к Рузвельту и Черчиллю. «Проблемам второго фронта в Европе, естественно, было уделено серьезное внимание как при переговорах в Лондоне, так и в Вашингтоне. О результатах этих переговоров в одинаковой форме говорят как англо-советское, так и советско-американское коммюнике. В обоих коммюнике заявляется, что при переговорах была достигнута “полная договоренность в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942 году” <…> Такое заявление имеет большое значение для народов Советского Союза, так как создание второго фронта в Европе создает непреодолимые трудности для гитлеровских армий на нашем фронте[212]».