Сталин против Гитлера: поэт против художника

Примерно в то же время Гитлеру удалось привлечь в ряды движения несколько новых членов из бывших солдат. Они стали для него опорой, и позиции Адольфа заметно усилились. При поддержке нескольких бравых ребят, способных спустить с лестницы самого задиристого политического оппонента, почитающего револьвер и кулаки не менее легитимным средством убеждения, чем словопрения, можно было уже устраивать публичные выступления. Гитлер стал выступать достаточно часто, собирая аудиторию по полторы-две сотни человек, а потом – и больше. Его, а значит и партию, от имени которой он говорил, заметили. Партия начала расти. Не прошло и двух лет, как соратники выдвинули Гитлера в ее руководство. Через небольшое время родилось и новое название – Национал-социалистическая рабочая партия Германии (НСДАП). Появилась и партийная программа – несколько сумбурная, но включающая в себя все «фирменные» гитлеровские тезисы о чистоте расы, единоначалии и жизненном пространстве. Они были изложены в 25 пунктах, не претерпевших изменений до последних дней Третьего рейха. Программа была разработана таким образом, что могла привлечь каждого, у кого был хоть малейший повод для недовольства окружающим миром. Еще немного, и у движения появляются элементы репрезентативности – необычная, привлекающая внимание символика, «фирменное» приветствие. Маленькое движение буквально за пару лет преобразилось в настоящую, пусть пока и не очень сильную, но все же партию.

Вскоре она приобрела законченные черты основательного политического движения: у нее появилось собственное издание – газета «Фелькишер беобахтер», купленная на пожертвования весьма симпатизировавших Гитлеру дам, а в составе ее появились боевые отряды – так называемые штурмовые подразделения, или, иначе говоря, С А[58]. Их главной задачей было обеспечение порядка на митингах и собраниях НСДАП: в ту пору физическая сила и луженая глотка считались весомым аргументом политической борьбы, и представители левых партий частенько использовали такую методу для срыва правых митингов. Справедливости ради стоит сказать, что правые платили им той же монетой. Политическое противостояние марксистов и реакционеров сильно напоминало мафиозные разборки различных чикагских кланов: в ход шли не тезисы и убеждения, а дубинки, булыжники и ножи. «Раздалось несколько гневных выкриков, и в этот момент какой-то субъект внезапно вскочил на стул и заорал: «Свобода!». По этому сигналу печальные рыцари «свободы» и приступили к делу. В течение нескольких секунд весь громадный зал превратился в свалку. Кругом – дико ревущая толпа, над головами которой, как снаряды, летают бесчисленные глиняные кружки. Улюлюканье, крики и вопли, треск сломанных стульев, звон разлетающихся вдребезги кружек – словом, ад!» – так описывает Гитлер одну из попыток сорвать его выступление. Нисколько не сомневаясь в правдивости этого описания, еще раз повторюсь: штурмовики не раз проделывали то же на собраниях эсдэков.

Руководителем штурмовых подразделений стал старый фронтовой товарищ Гитлера капитан Эрнст Рем. «Я в самом начале провел ту мысль, – пишет Гитлер, – что отряды наших распорядителей на собраниях должны принципиально состоять только из молодежи. Наши отряды состояли частью из моих ближайших товарищей по фронту и по военной службе вообще, частью же из молодых партийных товарищей, недавно вступивших в наше движение. Я воспитывал этих товарищей в той мысли, что террор можно сломить только террором, что успех на нашей земле сужден только тем, у кого будет достаточно решимости и мужества, что мы ведем борьбу за такую великую идею, за которую не грех отдать последнюю каплю крови. На каждого нарушителя порядка на собраниях наши отряды налетали, как стая хищных птиц. Они совершенно не считались с количеством противников. Пусть врагов в зале было в десять раз больше, пусть их ранили, пусть убивали – все равно, каждый из этих молодых людей знал, что он выполняет великую священную миссию, что на нем лежит дело защиты нашего великого движения. Уже к концу лета 1920 г. организация этих наших отрядов приняла определенные формы. Весною 1921 г. мы стали формировать из них сотни, которые, в свою очередь, подразделялись на более мелкие единицы».

Роль Гитлера в партии становится все важнее, растет и его ценность для нее. Поэтому вскоре создается еще одно внутрипартийное подразделение – защитный отряд, или СС[59], призванное обеспечить безопасность лидера партии. Кстати, примерно в это время его начинают официально именовать Вождем. Обращение, как мы видим, прижилось.